Вот так просто, моя сестра разворачивается ко мне спиной и начинает идти в противоположную сторону.
У меня в груди что-то взрывается. Становится так больно, что я невольно хватаюсь рукой за сердце и отхожу назад. Нахожу опору спиной, откидываю голову и закрываю глаза. Не могу поверить в то, что человек, которого я вырастила практически в одиночку, разговаривает со мной в подобном тоне. Чувство дикой обиды проедает органы, словно кислота. Мне хочется кричать от досады, хочется вопить во все горло. Но я молчу. Прикусываю губу и открываю глаза. Надеюсь, увидеть, как Карина возвращается ко мне. Но она этого не делает. Более того, я уже даже не замечаю её удаляющейся спины.
И тут вдруг мне становится ясно: пора менять свой план.
На лице у сестры отек: удар, размером с кулак. Если она подхватила его не в стае, тогда где? Выходит, что некоторые ушибы, гематомы и синяки могли возникать на её теле не по вине Шрама и его сборища. По словам предводителя, она проявляла себя раза три, четыре максимум. Откуда тогда отеки в течение месяца? Как появились багрово-синие пятна на лице, руках и животе? Где она находилась до поздней ночи?
Вывод: Карина лжет. Она нагло лжет и собирается скрывать правду. Она пропадает, набирается проблем, возвращается, унижает меня и думает, что всё нормально? Она, серьёзно, так думает?
Я сжимаю кулаки. Не стерплю подобного отношения к себе! Не стерплю, когда мне плюют в лицо. Не стерплю, когда мою сестру бьют! Не стерплю, когда она позволяет этому случиться.
Срываюсь с места и иду к расписанию. У Карины ещё один урок, но пойдет ли она на него?
К черту английский, литературу и физику. Теперь у меня появились более важные дела.
Я бегу на химию.
Захожу в кабинет и натыкаюсь на недоуменный взгляд Дениса Воротникова. Жирный, низкий мальчик. У него воняет изо рта, и я знаю об этом, потому что Карина сидит вместе с ним уже два года.
— Ты не видел мою сестру?
— Видел. — Парень пытается выглядеть взрослым и статным. Но на самом деле, мне даже смешно от того, как выперта его грудь и как сомкнуты брови. Это не производит никакого впечатления. — Она попросила, чтобы я прикрыл её.
— Прикрыл?
— Да. Вроде Карина собиралась уйти домой. Сказала, что у неё болит голова.
Киваю и несусь вон из кабинета. Надеюсь, перехватить её у раздевалки. Так и происходит.
Карина надевает пуховик, перекидывает через плечо сумку и двигается к выходу.
Я не отстаю.
На улице сестра сворачивает в противоположную от остановки сторону, идет вдоль небольшого рынка и пересекает проезжую часть. Я уверенно следую за ней, хотя понятия не имею, куда ведет данный маршрут.
Карина сбавляет скорость и идет в сторону аптеки.
— Лия?
Недоуменно замираю, услышав своё имя. Осматриваюсь, и замечаю Киру с Лешей. Непроизвольно пригибаюсь и прижимаю палец к губам.
— Тише, — требую я, и подхожу к друзьям. — Вы что здесь делайте?
— Решили купить слойки. — Безобидно протягивает блондинка. — А вот что здесь делаешь ты? Разве мисс правильная девочка, не должна была пойти на уроки?
— Планы изменились.
— Почему?
— Карина, — я киваю в сторону аптеки. — Что-то не так.
— О чем ты? — Леша серьёзно смотрит на меня.
— Я только что столкнулась с ней в коридоре, и знаете, что увидела? — Мои глаза наполняет гнев. — Отек. Огромный отек на её лице.
— Отек? — Кира удивленно вскидывает брови. — Но откуда?
— Понятия не имею! Если она зарабатывает себе синяки не в стае, тогда где? — Я протираю лоб и тяжело выдыхаю. — Именно поэтому я решила не идти на уроки и проследить за ней. Вдруг она приведет меня к подонку, который оставил на её щеке этот отек.
— Ох, ты как всегда! — возмущается Астахов. — Почему не сказать нам? Почему решаешь всё самостоятельно?
— Проблемы моей сестры не должны вас касаться.
— Ах вот как. — Усмехается парень. — Неужели?
— Лия, — вступает в разговор Кира. — Не говори глупостей. Леша прав: идти одной — полное безрассудство, особенно сейчас, когда в нашей стае происходят странные вещи. Кто знает, что может случиться.
— И что теперь вообще не выходить из дома? Сидеть в четырех стенах и молиться? — я саркастически усмехаюсь. — Карина — моя сестра, не ваша. Вы не обязаны носиться за ней и прибирать то, что она натворила.
— Зато мы будем носиться за тобой, — отрезает блондинка. — В твоих же интересах рассказывать нам сразу, что к чему, чтобы потом мы не нахватались неприятностей.
— Что за глупое желание защитить меня?
— Почему глупое? — удивляется Астахов. — Вполне нормальное. Ты бы сделала то же самое на нашем месте.
Я смотрю на парня и выдыхаю. Он прав. Я бы не осталась в стороне, будь у него или у Киры проблемы.
— Хорошо, — я взмахиваю руками. — Как хотите. Если вам охота прибавить к своим проблемам ещё и таинственные походы моей сестры: давайте. Я не против.
— Вот и отлично.
— Смотрите, — Кира указывает в сторону аптеки. — Твоя сестра купила что-то и сейчас идет к остановке.
— Я слышала, родители не скупились тебе на новую машину? — я поворачиваюсь к Астахову.
— Так и есть.
— И где же она?
— Возле школы.
— Тогда скорей иди за ней. Мы не должны упустить Карину из вида.
Парень кивает и срывается с места.
