– Я так часто вывожу из себя друзей... Но ведь действительно многие живут так, будто им заменят износившиеся тела!
Вилка застывает в моей руке на полпути ко рту. Очень интересная метафора. Ценю.
Браслет в её тонких пальцах превращается то в шар, то в длинную палочку, то в звезду...
Я смотрю на неё, и в каждом движении, в каждом жесте Литы воскресают образы других женщин... Я помню имя той, чья улыбка была точно такой же... Я помню глаза той, что точно так же склоняла голову... Я словно наяву вижу ту, чьи ресницы тоже мелко подрагивали и опускались вниз так же плавно...
Во всём виновата кочевая жизнь, которую я вёл несколько лет после выхода из Клана на поверхность. Когда постоянно знакомишься и встречаешься с огромным количеством людей, то в конце концов невольно привыкаешь их между собой сравнивать. И всегда обнаружишь памятные твоему сердцу детали... Это знание и настраивает меня на симпатию к людям, а также избавляет от частых привязанностей.
– Трудно было? – спрашивает Лита, имея в виду работу для Котов.
– Да, но встречались вирусы и посерьёзнее.
– Не сомневаюсь... Особенно вспоминая те, которые вырубили комп Неро. Жаль, что они самоуничтожились... Его твоя работа очень впечатлила. До сих пор ходит сам не свой, пытаясь осмыслить, где допустил ошибку... Он, кстати, и рассказал про тебя Котам. Чуть ли не гарантировал, что ты обязательно им поможешь.
– Вот как? Спасибо ему, спасибо...
Значит, Неро захотел меня подставить... Вариант, что он просто восхищается моим искусством, даже не рассматриваю из-за его наивности.
– У Котов была небольшая проблема – их атаковали хакеры Чёрных. Их нашли, но они успели скрыться... – рассказывает Лита. – Здесь всегда так. Если банда узнаёт, что ты помогал их противникам, то на тебя открывают охоту, нанимают других хакеров, чтобы вычислить твой след. Тебе стоит помнить об этом и впредь быть осторожным. Никогда никому не говори о своей связи с Котами. Никогда никому не говори, где ты живёшь. Приобрети полезную привычку не оставлять за собой следов...
Да, в полисе полно хакерских групп, и они между собой не всегда ладят. Частенько оказываются и по разные стороны баррикад. Правда, все едины в ненависти к официальной власти. Тех хакеров, которые предали своих друзей и теперь работают на правопорядок, скрэбберов, тоже ненавидят сообща – вечная война Дна и Системы, в которой не берут пленных...
Лита изящным жестом берёт стакан с минералкой, делает глоток.
– День назад ты мог подумать, что я постоянно напиваюсь... На самом деле я редко... злоупотребляю... Тогда как раз на меня нашло.
– Не бойся, моё мнение о тебе не слишком поколебалось. Штейнер рассказал всё... Можно понять...
– Штейнер иногда чересчур добр, – говорит Лита с внезапно появившейся в голосе стальной стрункой. – Он, уверена, так расписал, что присутствовавшие рыдали от жалости... Как будто мне нужна жалость! Сострадание – удел слабых!.. Не терплю, когда меня жалеют, и ненавижу сочувственные взгляды! Это всё внешнее... Каждого волнует только он сам – и меня тоже... А остальные – безразличны!
Я молчал. В такие моменты лучше ничего не говорить.
