Павел явился с небольшим опозданием. Пробрался через центральный вход, крутя в руке связку ключей. Теперь я точно знала, на кого он работал. Хотя, он сразу подтвердил мои подозрения.
— Вот, — указал на ключи, — Григорий одолжил. Так что теперь я присматриваю за клубом.
— За голыми стенами? — переспросила я, кивнув на удручающую обстановку.
Он хохотнул. Резко, хрипло. Черт, даже подражал Власову. Надо же было ему найти себе такого босса.
— Мара, не переживай, — сквозь смех произнес парень, остановившись от меня в паре метров, — скоро от этого места не останется и следа.
— Власов обещал сохранить клуб, если я выкуплю его, — перебила Павла.
Но тот покачал головой.
— Неужели ты думаешь, что ему так сильно нужны твои деньги? Или этот клуб? — усмехнулся он, спрятав ключи в карман. — Здесь земля растет в цене. Так что проще снести здание и продать землю. Больше заработает.
— Он обещал, — уже не была так уверена.
— И ты веришь ему? Наивная девочка, — губы искривились в ехидной улыбке. — Говори, зачем звала. У меня еще дела на сегодня.
Подмигнул, скрестив руки на груди.
— Почему ты угрожал Тане? Бил ее? — произнесла я, заметив, как на лице Павла пролегли темные тени.
— Наябедничала, шлюшка?
— Она не такая! — выкрикнула я.
— Такая, — усмехнулся. — Совсем как ты. Как там Никольский поживает? Выбросил тебя уже как отработанный материал? Я ему посоветовал вышвырнуть тебя, пока совсем худо не стало.
— Что? — выдохнула я, всматриваясь в резкие черты бывшего друга.
Он изумленно приподнял бровь.
— Разве Никольский не рассказал тебе? — в его голосе было неподдельное удивление.
Я побледнела. В горле запершило. Затошнило, но я проглотила вставший ком.
— Ну, раз не рассказал, значит, так нужно, — пожал плечами. — Не собираюсь лезть в его больную голову. Так он бросил тебя?
— Мы здесь, не для того, чтобы обсуждать Виктора, — огрызнулась я.
Он покачал головой.
— Мне все равно для чего мы здесь. Но раз я пришел, то давай покончим с этим. Я устал от тебя, глупая девчонка.
Усмехнулась. Если бы он знал, как я устала от всего этого.
— Помнишь, чему учил мой отец?
— Он много болтал, — рассмеялся Павел. Чуть добрее, но в его голосе все равно звенела ненависть.
— Он учил нас не обижать слабых и беззащитных.
— Только не говори, что решила почитать мне лекции, Некрасова? Спасибо, но в прошлом хватило этой белиберды, — вскинул руки, словно защищаясь от моих слов.
— Нет, я не буду говорить, — сменила позу, откидывая назад волосы, собранные в хвост.
Выставила перед собой кулаки, приняла позицию для нападения. Защищаться придется парню. Он не успел отреагировать. Удивленно разинул рот и получил первый удар. Смазанный, по лицу, но я все же достала его. Отступил назад, пытаясь сгруппироваться, пока я сыпала выпадами, ловко махая кулаки. В колене отразилась боль от напряженных ног, но я игнорировала ее. Меня вела ненависть, ослепленная ею, я била парня, применяя то, против чего нас учил отец. Порой, чтобы наказать обидчика, приходится самой нарушать правила.
Павел не нападал. Парировал удары, некоторые пропускал. Кажется, он не был готов к подобному диалогу. Или вовсе потерял сноровку. Бить слабых девчонок оказалось проще, чем столкнуться с тем, кто может дать сдачу.
— Да остановись ты, дура! — зарычал парень.
— Пока не выбью из тебя всю дурь, не останавливаюсь, — прохрипела я, ударив еще раз.
Достала, попала в нос. Проступила капля крови. Не сломала, но, кажется, слегка покривила. Павел зарычал, отступил назад, приложив ладонь к носу. Я же не намеревалась давать ему передышку. Опять ударила, но он уклонился и нанес удар. Ответил. Почти достал. Кулак пролетел в сантиметрах от лица. Еще чуть-чуть и мой нос точно был бы сломан.
Сменила позицию, заметив, как Павел поменял тактику. Напал. Повел в атаке. Теперь оборонялась я. То, что происходило между нами, не было похоже на тот спарринг с Виктором. Тогда мы словно кружились в танце. Сейчас же я отчаянно уклонялась, ощутив возросшую мощь противника. Нет, не потерял сноровки. Взбесился. Озверел.
Загонял в угол, зажимал к стене. И вот, ощутив каменную поверхность за спиной, я обреченно выдохнула.
Павел занес руку, сжатый кулак пролетел рядом, но резко сменил траекторию. Рука с хрустом сменила место, оказалась зажатой за спиной.
— Решили поиграть, ребятишки? — грозный бас Роберта наполнил помещение.
— Решили поиграть, ребятишки? — грозный бас Роберта наполнил помещение.
Мне показалось, что даже стекла задребезжали от его голоса.
Невольно зажмурилась, а после быстро открыла глаза. Павла не было рядом.
Его скрутил и уложил на грязный пол Роберт. Один удар, и тот в нокауте. Распластался, тяжело дыша. По лицу размазана кровь. Хорошо, что жив остался после встречи с кулачищем Роба.
— Объяснишь? — Громов кивнул в сторону лежавшего парня.
Покачала головой. Он рассердился, подошел ко мне.
— Говори, — грозно прорычал, заставив прижаться к стене.
— Он обидел мою подругу. Вернула ему его удары.
— Бил ее?
— Да, — прохрипела я. — Поэтому и решила надрать ему зад.
