- Пока не понимаю, - озадаченно отвечал губернатор.
- Ну как же! Вы ведь сами сказали: всякий минус надо стараться обратить в плюс. Достаточно поставить еще черточку - вертикальную. Вот я и предлагаю вам грамотно подготовить иск к общине туарегов на те затраты, которые произведены по поимке и задержанию их соплеменников. Деньги-то надо вернуть…
- Мудрая мысль! Франция вас не забудет! - засмеялся губернатор, с восхищением глядя на Марию. - Вы настоящий финансист! Теперь я понимаю банкира Жака.
Николь перехватила его взгляд. Губернатор смутился и отвел глаза.
Разговор происходил в столовой, за ужином. Перед этим Мария позвонила в дом господина Хаджибека и сказала, что остается ночевать у своих русских друзей в Бизерте.
- А почему ты так сказала? - удивилась Николь. - Почему у русских, а не у нас?
- Потому, что семейству Хаджибека пока не следует знать о наших отношениях, иначе они просто оцепенеют от восторга и страха. Ты подумала, кто они и кто вы?!
- Не подумала, - как маленькая, отвечала Николь. - Значит, мы должны прятаться от твоего толстого банкирчика?
- Не должны. Но всему свое время.
Перед сном Николь повела Марию в свою спальню показать карфагенскую вазу, которую подарил ей господин Хаджибек.
- Какая прелесть, настоящий антик! - похвалила Мария, оглаживая высокое горло керамической вазы, сохранившейся так, как будто ее изваяли только вчера.
- Я ее обожаю! - сказала Николь. - Каждое утро, как проснусь, взгляну на нее и подумаю: а ты-то, милочка, точно старше меня!
- Не прибедняйся, Николь, отлично выглядишь!
- Не так уже и важно, как я выгляжу, - грустно сказала губернаторша. - Еще чуть-чуть, и это уже не будет иметь никакого значения. А пока я кручусь! - Николь засмеялась и в обычной своей манере перескакивать с одного на другое принялась весело рассказывать Марии о том, как она пыталась заманить в любовную ловушку археолога Пиккара и как "этот ловелас" разгадал ее маневр и ускользнул в самый последний момент.
- Опытный, стервец! - подытожила Николь. - Ты будь с ним начеку. А уши у него так смешно шелушатся! Ты видела?
Мария кивнула, ей безумно хотелось спать, и она почти не воспринимала болтовню Николь.
- Ой, слушай, Мари, забываю тебя спросить. Там, в отеле "Мажестик", на конкурсе красоты под твоим именем выступала какая-то огромная девица, я была просто шокирована!
- Это моя кузина Уля, она высокого роста. Уля была вынуждена заменить меня, чтобы не платить неустойку.
- А-а, понятно! Так у тебя нашлась кузина?
- Ну, в общем, да.
- Что значит - в общем?
- В том смысле, что она гораздо моложе меня, что мы просто вместе работали на заводе, дружили. У нее никого нет. И я объявила ее кузиной. Она согласилась.
- А-а! - В глазах Николь мелькнул огонек, она что-то сообразила свое, тайное. Хотела сказать, но удержалась. - Так что, баиньки?
- Если можно. Я валюсь с ног, - призналась Мария.
- А как твой молодой адмирал?
- Никак. У меня нет известий…
- Ну ладно, ты и в самом деле засыпаешь. - Николь чмокнула ее в щеку. - Спокойной ночи!
- Спокойной ночи!
И они разошлись ко сну. Далеко в глубине дома часы пробили полночь. Мария переступила порог предназначенной ей спальни, той самой, в которой она очнулась когда-то, спасенная Николь от верной смерти.
