Я перевалил через гряду и начал плавный пологий спуск в новую долину... Мысль о башнях позади не позволял влезть на дерево и далеко осмотреться с гребня - я смог себе это позволить только уйдя достаточно далеко. Кругом был лес на сколько хватало глаз... Но уже посуше, и трава была пожестче... Видно гряда неплохо отжимала воду из облачности, на манер Квисленда, где с одной стороны невысокого в общем-то хребта рекорд влажности, а с другой - жестокая пустыня.
Как ни странно, с этой стороны признаки людей столь же отсутствовали, и кстати надо будет подумать варианты встречи - скорее всего я первый кто идёт с той стороны за целую вечность, не попасть бы под перекрёстный огонь или в хитрую ловушку... Столь же древнюю. А пока ехать получалось быстро, поскольку сильно под гору и местность стремительно превращалась в саванну. Обнаружив над головою стабильно свободное небо я через некоторое время отойдя всё же подальше от той сторожевой башни устроил большой привал, что бы не ехать по жаре. Решив зато подольше ехать вечером, ибо полная Сигуда и плоскость равнины похоже позволят ехать в темноте по прохладе.
Конягам идти по вечерней прохладе понравилось даже больше чем мне, но усталость через пару часов после заката всё же взяла своё и мы устроили привал у большого раскидистого дерева. Никого оттуда не спугнув, хотя уже как мне казалось жить тут было "можно".
Итак, по джунглям я пробирался больше двух недель, выдерживая вцелом направление на север, понятно что в лесу прямо не ходят, но всё же вряд ли я намотал от ортодромии больше чем втрое. Восемь ходовых часов я делал, и пусть шёл пешком - тоже километра 3-4 четыре в час имел. Итого "перевал с башнями" от места высадки порядка 150 километров. Мы на север ночью плыли часов шесть, при в общем-то обычном ветре. Не сходится. Совсем не стыкуется. Хотя... Южные ночи длинные, уходили на закате, высадили меня перед рассветом - да, рано мне в кормчие идти - приливы вычислять - это могло быть и все 12 часов и если там ещё какое течение - то вполне может быть что всё и плюс-минус лапоть сходится. А то как-то неуютно ощущать себя 15-летним капитаном, перепутавшим Африку с Боливией, и между делом незаметно для себя преодолевшим самый сложный для мореплавания пролив - Дрейка. Но сходится у меня "на краях" - если все морские допущения считать "в плюс", а пешие - "в минус" - что плыли не 8 часов а 10 (большую часть из которых я спал), и что ветер был сильнее чем казался, и что возможно течение туда же, и что корабль много быстроходнее чем я думал, а пешком наоборот - что и шёл медленнее, и плутал больше, и дней парочку потерял, что в общем запросто - не думал я что их считать придётся и записей естественно не вёл. Так. Записи. Похоже надо вести. И не в стиле "пишу письмо, воспоминаниям вдогонку, когда состарюсь - издам книжонку", а нормально. Бортовые журналы не зря люди придумывали, ой не зря.
Переночевал однако почти с прежними предосторожностями, разве что засек не делал, хотя тут-то как раз волков или каких-нибудь гиен уже вполне можно было опасаться. Впрочем от обычных волков и гиен должно было хватить с запасом кольца верёвки с охранным заклятием.
На всякий случай таких кольца я сделал сегодня два.
В пусть тронулся сильно до рассвета, и хоть Сигуда уже зашла - видимость в предрассветных туманных сумерках для меня была прекрасная, тем более что путь шёл на заревой восток, а лошадям и смотреть не на что - твердь под ногами была ровная, суслики с норами ещё не попадались...
Жизнь в пампасах кипела и кишела не меньше, чем в том лесу, но столь же мелкая, разве что раз спугнул дикобраза и, заодно, разжился парой игл. Через пару часов после рассвета как начало уже припекать увидел стадо пасущихся антилоп... Они увидев меня снялись и ускакали прочь, ещё через некоторое время солнце начало припекать уже прилично и я снова устроил привал на небольшой возвышенности, и тут же залез для дальности взора на дерево, как какой-нибудь бабуин-павиан. Вдали за горизонтом явно вился небольшой дымок.
Наконец-то я оказался на нормальном солнце и можно просушить накопившееся. Разложил всё а сам пошёл побродить по окрестностям и быстро выследил, догнал и зарезал дикую клыкастую свинью, и потом долго удирал от пары ещё более клыкастых кабанов, кругами, что бы не выводить их к своему привалу, пришлось даже снова залезть на дерево. Они порычали, попытались порыть корни и ушли - бить я их не стал ибо незачем. Вернулся к лошадям и устроил себе пир зажарив её в глине глиной.
