Да, потеряны почти все собравшиеся у Бицзыво транспорты и их грузы, включая осадные мортиры и боеприпасы к ним. Но благодаря своевременному приказу Катаоки - "всем транспортам с солдатами выбрасываться на берег, личному составу спасаться по способности" - подавляющее большинство солдат добралось до берега. Да, японскому флоту фактически пришлось бежать от русских. Но благодаря нашему удачному маневрированию и разделению сил Макаровым, нам удавалось держать ситуацию под контролем. И если бы не это роковое повреждение "Фудзи", возможно, что мы смогли бы нанести нашим противникам более жестокие повреждения, чем они нам. Увы, после того, как "Фудзи" отстал, а минная атака не удалась, нам оставалось только одно - выход из боя. Попытка защитить подбитый старый броненосец погубила бы и новые корабли. Макаров, несомненно, пошел бы до конца. Ведь даже разменные варианты его полностью устраивают. Русские подкрепления уже в пути...
Некоторым утешением для моряков Соединенного флота стало то, что теперь один из русских броненосцев-крейсеров будет требовать более серьезного ремонта, чем любой из трех переживших бой японских броненосцев. Пара 12-ти дюймовых снарядов, попавших в небронированную носовую оконечность после сближения на 25 кабельтов, мгновенно выбила "Пересвет" из строя. А как выглядели дымящиеся казематы его правого борта, японский командующий сам ясно видел в бинокль. И все же русские стреляли не хуже. Смерть, можно сказать, миновала адмирала Того в пяти сантиметрах: осколок снаряда, предварительно оторвавшего прямым попаданием половину ствола на правой носовой двенадцатидюймовке "Микасы", [110]сбил с адмирала фуражку, оставив в тулье рваную дыру. А это была его "счастливая" фуражка. И теперь надо будет отдавать ее в починку...
После боя собравшимся на мостике идущей сквозь ночную мглу "Микасы" оставалось только гадать - кто подойдет к Мозампо раньше, Дева с парой броненосцев и двумя крейсерами, или Макаров. На месте русских мы ни за что не стали бы терять темпа, - рассуждал Того, - и отправив "Пересвет" в Артур или Дальний под эскортом легких сил, разгромили бы эту базу снабжения противника. А до подхода Девы и двух-трех наименее потрепанных крейсеров Камимуры противостоять русской эскадре, даже в составе 6-ти броненосцев, было бы ох как тяжело. К общему удивлению русские большие корабли не появились даже у Чемульпо. И с возвращением кораблей Дева и двух броненосных крейсеров, "Адзуму" не удалось развернуть из-за отказа телеграфа, статус-кво у Порт-Артура был восстановлен.
Увы, Того прекрасно понимал, что если для флота ничего сиюминутно страшного пока не произошло, то для армии потеря снабжения и осадных орудий может поставить крест на планах уничтожения русской эскадры в гавани Порт-Артура. А это главная угроза и флоту, и всей войне - с Балтики с неумолимостью цунами идет новый отряд русских, в составе шести броненосцев, из которых три практически систершипы "Цесаревича". Да еще примкнувшая к ним черноморская пара - вот и цена веры британским обещаниям, пропустили их все же турки - это мощный, хотя и несколько тихоходный "Три Святителя" и его прямой потомок, прекрасно вооруженный и забронированный "Князь Потемкин". Пожалуй, сильнейший линкор в мире, если не считать несколько слабоватый ход - 16 с небольшим узлов. И теперь разделаться с артурской эскадрой до их подхода практически не реально. Придется ловить эскадру Чухнина до соединения с Макаровым. Та еще задача.
Но в сложившейся ситуации вина была именно армии! Генералы уже месяц как обещали взять Дальний, и все графики снабжения планировались исходя из этой даты. В результате, у Бидзыво, в ожидании захвата этого нормального порта, болталось с полдюжины транспортов с тяжелыми орудиями и боеприпасами. Дождались! Сейчас из них уцелел один. Но все-таки... Почему же Макаров, проводив подбитый "Пересвет", не двинулся к Чемульпо?
Адмирал Того смог прояснить для себя эту загадку лишь некоторое время спустя, когда пришли агентурные сведения о тяжелых повреждениях ТРЕХ русских броненосцев, ремонтирующихся сейчас в Порт-Артуре, а так же рапорт капитана 2-го ранга Киити Такэбо, отправленный им из русского военного госпиталя по личному разрешению адмирала Макарова.
