После изучения бумаг и окончательной выработки линии поведения в общении с немцами на завтра, Вадим, проводив Дубасова до его каюты, вновь поднялся наверх. Над морем спустилась нечастая для Балтики по-летнему теплая, но уже и по-осеннему звездная ночь. Слегка покачивало. Прислонившись к еще теплой, нагретой солнцем за день броне шестидюймовой башни на правом срезе, он молча стоял, вглядываясь в полоску светлого неба на западе, на фоне которой резко выделялась темная громада "Александра", прокладывающего пенную кильватерную дорогу "Суворову". На душе было и легко и... неспокойно. Сердце сжимала теплая и светлая тоска по той, которую он оставил в далеком, шумном Петербурге.
Именно сейчас, в эту ночь посреди Балтики, он сам себе признался в том, что ему одиноко и пусто без нее. Без ее лучистых карих глаз, без шороха легкой и быстрой походки, без запаха ее чудесных волос... Именно тогда он понял, что любит. Понял, что так случилось, и с этим теперь уже ничего не поделаешь. И это все очень и очень всерьез. И... так уж получается, что новейший черноморский броненосец "Князь Потемкин-Таврический", о котором они недавно говорили с вице-адмиралом Дубасовым, имеет к этому самое непосредственное отношение...
Решающий шаг в долгом и непростом сближении Банщикова с Ольгой Александровной, имел место быть, когда он пытался уломать Николая на "морской круиз". Самодержец всеросийский не желал отправляться в гости к греческим родственникам на броненосце. Его не прельщала перспектива оставлять беременную жену, ожидающую долгожданного наследника.
- Государь, ну представьте только, сколько зайцев Вы убьете одним выстрелом! - в надцатый раз распинался Вадик, - во-первых, Ваше присутствие на "Трех Святителях" позволит юридически безукоризненно провести броненосцы через Босфор и Дарданеллы. Если Вы помните, Ваше величество, то по договору о проливах русские боевые корабли могут проходить его только по фирману султана. И только при наличии "главы государства на борту" выдача этого фирмана становится формально-обязательной. В противном случае разрешение на проход целиком и полностью во власти султана. А нам сейчас каждый лишний броненосец на дальнем Востоке нужен позарез!
- А где гарантия что султан этот фирман соизволит подписать? Англия, знаете ли, все одно будет против. И как, кстати, мы будем выводить ДВА броненосца, если я буду на ОДНОМ, а? - скептически нахмурил лоб Николай.
- Просто султан бдит интересы Турции и нечаянной выгоды своей не упустит, - устало выдохнул Вадик, многозначительно посмотрев на царя, и неожиданно заслужив первую за месяц улыбку на лице великой княгини, - Он прекрасно понимает, что любой русский броненосец, покинувший Черное море, обратно-то без его разрешения уже не вернется. А в данном случае, с Вами на борту, вопрос пропуска превращается в пустую формальность, и ему, султану, Англия никаких претензий предъявить не сможет.
Но уж на обратный проход ни "Святителям", ни "Потемкину", он позволения точно не даст, ни при каких обстоятельствах. То есть, у Турции в случае войны с Россией, будет на пару наших лучших броненосцев меньше головной боли. Если мы османам сразу скажем, что это рейс в один конец, и назад на Черное море корабли не вернутся, возражать они точно не будут. А на втором корабле может пойти генерал-адмирал Алексей Александрович, к примеру. Или Александр Михайлович.
Во-вторых, любой офицер и матрос нашего действующего флота, особенно его воевавшей части, узнает КАК и КЕМ были протащены на театр боевых действий лишние броненосцы. И будет прекрасно понимать, что, возможно, именно наличие этих, неучтенных японцами кораблей, спасет его жизнь. Как Вы думаете, Ваше величество, они после этого будут более или менее внимательно прислушиваться к агитаторам, которые им в оба уха поют, что царю на них наплевать?
- Пожалуй, что менее, - задумчиво протянул Николай.
- В-третьих, если мы покажем нашим японским друзьям, что если мы смогли вывести пару броненосцев с Черного моря, им придется в своих планах учитывать и весь остальной Черноморский флот, а это для них катастрофа. В свете чего возможны предложения о мире еще до того, как Чухнин дойдет до Дальнего Востока.
Так что, полагаю, решить вопрос с турками Ламсдорфу будет проще, чем Вам с ГМШ, Генштабом, Скрыдловым, Рожественским и всеми остальными, кто видит целью своей жизни Босфорский десант и костьми ляжет против вывода черноморцев. Вспомните нашу ругань с Дубасовым. Ведь все "не могу", "не возможно" и "не хочу" были только из-за нежелания ослаблять Черноморский флот! Мол, с макаками и балтийцы на раз-два должны справиться...
- Но переход двух броненосцев без крейсеров, разведки, миноносцев во время войны, это же слишком рискованно, - попытался опять отмазаться Николай.
