Наконец, в одно туманное утро, в самом конце лета, суда наши вытянулись из аванпорта, построились и двинулись в свой исторический поход. Шел дождик, было сыро, погода не могла благоприятствовать особенному воодушевлению, но все-таки у нас как команда, так и офицеры легко вздохнули, что кончилась эта томительная неизвестность и теперь мы идем к определенной цели. Там, на Дальнем Востоке, нам предстояло, соединившись с эскадрою адмирала Макарова, разбить японский флот и овладеть морем, что неизбежно повлечет за собою выигрыш всей компании. Но понимали это не только мы. И японцы постараются, конечно, всеми силами не допустить нашего соединения с артурцами. Какие козни они нам уже готовят? И где? В час пополудни последняя полоска родной земли растаяла в хмурой туманной мгле за кормой...
"Сисой Великий" правил в кильватер "Орла". Впереди него шли "Князь Суворов" и "Император Александр III", несший флаг командующего. За "Сисоем" следовал наскоро отремонтированный крейсер "Владимир Мономах". Это и были наши главные силы. Впереди на расстоянии видимости шли наши разведчики - яхты. Это "Светлана" - яхта генерал-адмирала, и царская яхта "Штандарт". Говорят, что Банщиков, доктор с "Варяга", которого государь неожиданно приблизил к себе, убедил Его императорское Величество использовать "Штандарт" в качестве крейсера. И на том спасибо, потому что ни оба новых крейсера 2-го ранга, "Изумруд" и "Жемчуг", которых мы меж собою звали "камушки", ни единственный крейсер 1-го ранга "Олег" не успели достроить к выходу нашего отряда. Они, наверно, пойдут в Артур со следующим отрядом, или будут догонять нас.
"Светлану" вполне можно считать крейсером, все-таки вооружена восемью шестидюймовыми орудиями. По проекту их было шесть, но еще пару таких пушек со щитами на нее поставили дополнительно в Кронштадте, организовав для этого небольшие спонсоны по бортам, в районе миделя. Для того же, чтобы избежать заметной перегрузки, на берег были свезены роскошные мебеля и отделка салона генерал-адмирала, а так же куча разных сопутствующих вещей бытового назначения, в которых крейсер теперь потребности не испытывал. Значительно урезано было и шлюпочное хозяйство. Но вот "Штандарт" наш тянет только на роль вспомогательного крейсера с его 6-ю 120-мм орудиями. Зато на нем установлена мощная немецкая станция телеграфа с дальностью приема и передачи телеграмм под тысячу миль, рассчитанная на разные длины волны.
На некотором удалении от главных сил шли военные транспорты, "Камчатка", контрминоносцы "Громкий" и "Грозный" и три миноносца. Позади кучей шли транспорты под коммерческим флагом.
Мы до последнего момента отчаянно надеялись, что в состав нашего отряда все таки войдут броненосцы "Бородино" и "Слава", однако их не успели доделать, вероятно, они так же будут нас догонять.
Понятно, что с наличными силами мы не можем вступать в бой со всем японским флотом, и потому нам остается прокрасться в Порт-Артур или Владивосток незамеченными, или же адмиралам Макарову и Рудневу придется встречать нас.
Около южной оконечности о-ва Лангеланда нас встретили немецкие угольщики, и суда грузили с них сутки уголь, а затем пошли, к сборному пункту - маяку Скаген.
В проливах нас конвоировала датская канонерка, вероятно, чтобы содрать, якобы за охрану, побольше денег.
У Скагена опять подгружались углем с немецких пароходов. Во время стоянки пришло известие от консула в Осло, что в норвежских шхерах замечены миноносцы неизвестной нации. Это произвело сенсацию среди офицеров,- все были уверены, что это японские миноносцы, купленные на частных заводах в Англии.
Из Скагена раньше всего вышли миноносцы, и только через несколько часов после них отряд броненосцев. При нашем отряде шло 2 больших транспорта - "Корея" и "Китай" (может быть и не "Китай", наверно не помню).
Первые сутки и первую ночь мы прошли спокойно, временами находил туман, и других судов наших мы не видели. На следующую ночь мы должны были проходить около Доггер-банки и потому по пути все чаще и чаще встречали рыболовные суда. Иногда приходилось менять курс, чтоб не столкнуться с рыбачим суденышком и не намотать на винты их сети.
Кажется около 11 часов на радиостанции "Сисоя" получились радиограммы с отставшего и самостоятельно догоняющего отряд транспорта "Камчатка", точное содержание которых я не помню, но приблизительно трактующие о миноносцах, - сначала об одном, потом о двух, - которые показались около нее, затем о том, что "Камчатка" приводит их за корму, затем была телеграмма "Александру" с просьбой показать свое место, на что с флагмана нашего благоразумно ответа по последовало. Наконец, телеграмма о том, что ее атакуют миноносцы, и она открыла огонь; вскоре телеграммы с "Камчатки" временно замолкли, и мы, офицеры, собравшиеся у рубки, решили, что "Камчатка" взорвана.
