– Раз уж здесь доктор Уиннер, ты поняла, что я не был на заседании попечительского совета, – начал Ник, запинаясь.
– Эта мысль приходила мне в голову, – пробормотала она, теребя свободной рукой подол платья.
– Знаю, что не следует лгать, но не мог сказать тебе правду.
Она не проронила ни слова. Ждала.
– Знаю, что не имел на это права, но пошел повидать твоего настоящего отца, – продолжал Ник.
Его лицо то выпадало из фокуса, то снова появлялось. Он что-то сказал о ее настоящем отце.
– Лилиан, ты слышала, что я сказал?
Она попыталась сбросить охватившее ее оцепенение.
– Прошу прощения, повтори еще раз.
– Я знаю, кто твой настоящий отец.
– О чем, ради всего святого, ты толкуешь? – Она сорвалась на крик.
– Твой настоящий отец – виконт Рис. Он понятия не имел о том, что ты его дочь.
Лилиан прижала руку к груди. Ей показалось, что тело разлетается на тысячи осколков.
Обхватив рукой плечи, Ник крепко прижал ее к себе.
– Дыши, Лилиан, дыши глубже.
Она со свистом втянула воздух.
– Рис не бросал твою мать. Кейн их рассорил. Видимо, хотел воспользоваться приданым твоей матери. Твое настоящее имя Лилиан Рис.
Лилиан была потрясена.
– Ты знал, что Рис – мой отец? – с ужасом спросила она.
– Подозревал.
– И ни слова не сказал мне? Как ты мог!
– Я должен был убедиться, что не ошибся. Чтобы не давать тебе ложной надежды.
– Разве не я должна была принимать решение? – гневно выкрикнула она.
Он поднялся.
– Ты потрясена.
– Разумеется.
– Я скажу ему, чтобы он ушел. Что ты не готова к встрече.
– Так ты привел его сюда?
– Прошу меня простить, Лилиан. Думал, так будет лучше. – Он направился к двери.
Лилиан была в полной растерянности, ее била дрожь. Но постепенно она успокоилась, и все встало на свои места. Ник выяснил, кто ее родной отец. Она больше не должна носить имя Кейна. И все это благодаря Нику.
Более драгоценного подарка он не мог ей сделать. Для него, безродного сироты, имя было очень важно. И он подарил ей его, полагая, что это изменит ее жизнь к лучшему.
Ее мать не была брошена. И она сама тоже. Лорд Рис – добрый и честный человек. Она дружит с его милой женой. Он не оставил бы свое дитя в когтях такого монстра, как Кейн. Он просто не знал, что ее мать любила его. И не подозревал о существовании ребенка.
Любовь вовсе не была ядом, разрушившим жизнь ее матери. Этим ядом был Кейн. Алчный, самонадеянный, подлый.
Любовь не болезнь. Любовь – награда, дарованная тем, кто удостоился ее прикосновения. Любовь – волшебство. Она как воздух, как солнце, Лилиан и представить себе не могла, что полюбит так сильно, самозабвенно.
Ник принес ей радостную весть, а она оттолкнула его.
– Постой! – Лилиан бросилась в холл, но Ника уже не было. – Ник!
Лилиан помчалась в прихожую. Гиллман отскочил в сторону.
Хикс невозмутимо выступил вперед и открыл дверь, в которую хлынули золотые лучи полуденного солнца. И в этом сиянии Лилиан различила знакомую фигуру. Ник стоял на крыльце. Высокий, черноволосый, хорошо сложенный, великолепный во всех отношениях, любовь всей ее жизни.
Она поспешила к нему.
– Ник! – Лилиан рванулась на крыльцо.
В спешке она зацепилась за порог и полетела вперед. Но тут ее подхватили сильные руки, и Ник прижал ее к своей мускулистой груди.
– Мой дорогой смуглый рыцарь! – выдохнула Лилиан. – Я последняя дура!
– Это я глупец. С моей стороны было самонадеянностью…
Лилиан закрыла его рот ладонью.
– Ты принес мне бесценный дар! Не знаю, как и благодарить тебя!
– Правда? – с недоверием спросил Ник.
Внезапно в памяти Лилиан всплыла строчка из шекспировского «Генриха IV»: «Пока живу, я правду говорю и тем Нечистого я посрамлю…» Нечистым в ее судьбе, дьяволом во плоти был Кейн, и она изгнала его из своей памяти и из жизни. Больше не будет ни лжи, ни вопросов, на которые нет ответа, ни унижений.
– Я думала, ты решил меня оставить, – объяснила Лилиан. – И именно об этом хотел со мной поговорить. Но ты нашел моего отца, и эта новость потрясла меня. Но теперь я пришла в себя.
– Как ты могла подумать, что я собираюсь с тобой расстаться?
Она прикусила губу.
– Да, я опасалась этого.
– Но ведь ты моя, – сказал Ник, и сердце Лилиан растаяло.
– А ты мой, – улыбнулась Лилиан.
Он подхватил ее на руки и поцеловал.
Лилиан прильнула к нему.
Он слегка отстранился.
– Я должен был найти твоего отца, Лилиан, чтобы попросить у него твоей руки и его согласия на наш брак. Но я не повторяю одной и той же ошибки дважды. Поэтому спрашиваю тебя, Лилиан Рис. Ты выйдешь за меня замуж?
Лилиан стало трудно дышать. В его глазах она увидела нерешительность и страх. Сирота, брошенный семьей, все еще боялся быть отвергнутым.
Она нежно провела рукой по его черным локонам и отвела прядь со лба.
– Я люблю тебя, Николас Редфорд. Твое имя высечено в моем сердце, и клянусь, никогда не оставлю тебя, даже если ты попросишь меня уйти.
– Но ты выйдешь за меня? – спросил Николас. – Примешь мое имя?
Лилиан вздохнула.
– Думаю, ты единственный, кто сможет сделать меня порядочной женщиной, – поддразнила она его.
– Ты это серьезно?
– Вполне. – Глаза ее сияли.
– Мне не нужно ни фартинга из твоего наследства.
