Голова была тяжёлая, ватная. Кассандра потёрла глаза и свернула в широкий светлый коридор, который она ещё не видела. От поблёкших панно на стенах до брошенной мебели – Кассандра внимательно осматривала каждую деталь. Замок был в запустении – и всё-таки по-прежнему стоял на своём месте, опираясь белыми башнями на крутые склоны холма; ничего ему не сделалось за столько лет. Камни – не то что люди, они значительно прочнее. Наверное, потому, что им неведомы ни тревоги, ни муки выбора.
Наконец Кассандра добралась до галереи, откуда они с Призраком заметили горящую башню, и невольно вздрогнула. Аварийно-спасательные работы на месте катастрофы, где погиб брат Алишера, уже завершились, и не было видно ни военных, ни полиции. Среди руин остались лежать обломки самолёта; никто не потрудился их убрать. Действительно, зачем? Ведь Флора – это одна большая свалка. Кассандра стиснула зубы.
Побродив ещё с полчаса по пыльным залам, она наткнулась на просторные покои. Наверняка здесь раньше жил кто-то важный, может, даже сама королева. В полукруглой гостиной чудом сохранился старый диван. Узор на дорогой ткани едва угадывался под толстенным слоем пыли, и всё же Кассандра застыла на мгновение, очарованная. Она ещё никогда не видела дивана роскошнее этого.
В спальне с высокими окнами обнаружилась кровать с резными ножками, а над кроватью – изящные светильники. Кассандра вынула из кармана платок и попыталась оттереть один плафон. Стекло оказалось матовое, с узорами. Странно. Зачем нужны узоры на лампе?
Кассандра неловко опустилась на край кровати и уставилась на лепнину на потолке. Наверное, всё это имело какой-то смысл: и лепнина, и узор на плафоне. Может быть, повторяющийся цветочный рисунок перекликался с гербом Амейнов, а может, просто так для красоты сделали. Кассандра достала из сумки бутерброд, который успела собрать ей в дорогу Мари, и принялась за скромную трапезу. Эта комната наверняка видала завтраки в постель и побогаче. Но это было давно…
Первоначальное волнение от вторжения в замок улеглось и сменилось безразличием. Стоило Кассандре закрыть глаза, и открывать их уже не хотелось. Не хотелось вставать, продолжать путь. Не хотелось жить. Зачем всё это? Когда она могла остаться там, где всегда спокойно! Зачем её разбудили?
– Зачем, – сказала она вслух, просто чтобы услышать свой голос. – Зачем?
Вопрос повис в пыльной тишине. Никто не спешил ей отвечать – замок был пуст. Она могла говорить с собой сколько угодно, могла петь, могла даже кричать.
Эта мысль показалась Кассандре заманчивой. Набрав полную грудь воздуха, она завопила что было сил. Секунды тянулись медленно, голос вырывался из горла, рикошетил от стен и звенел в ушах. Оборвав крик, Кассандра обессиленно откинула голову и ударилась о светильник. Резкая боль пронзила висок, но тут же растворилась в другой, тупой боли, терзающей её последние сутки.
Довольно с неё этой комнаты! Соскользнув с огромной кровати, Кассандра направилась обратно в холл. Надо было занять себя чем-то ещё – может, исследовать уголки заброшенного парка? Возвращаться к ливьерам совершенно не хотелось. Потирая шею и глядя под ноги, чтобы не споткнуться о сломанную мебель, Кассандра завернула за угол… и чуть не столкнулась с тёмной фигурой.
Женщина в длинном чёрном платье инстинктивно выставила перед собой руки. Кассандра на мгновение коснулась её холодных пальцев и тут же отпрянула. Горло саднило после долгого крика, поэтому она не сразу смогла задать свой вопрос: «Кто вы?» Женщина смотрела на неё, раскрыв рот.
– Вы кто? – повторила Кассандра.
С синяками под глазами и растрёпанными русыми волосами дама выглядела неважно. Она запыхалась, словно до этого бежала по коридору. Скорее всего, так и было – она бежала на крик Кассандры.
– Зачем вы здесь? – в изумлении спросила Кассандра, так и не получив ответа на первый вопрос.
– Я искала… тебя, – выдохнула женщина, не отводя глаз от лица Кассандры. Она благоговейно сложила руки, словно в молитве.
Кассандра вспыхнула, с опозданием догадавшись, кто перед ней. От одной мысли о предстоящем разговоре боль в теле и тоска по миру по ту сторону усилились… Но отступать было некуда. И Кассандра произнесла первое, что пришло в голову:
– Кажется, это ваши покои?
Губы Эстель Амейн дрогнули.
– О нет. Здесь жила… магистр Аврора.
– Да? – Кассандра снова оглянулась на узорчатый диван. – Но комнаты же огромные!
– Когда-то здесь у всех были такие комнаты, – склонила голову Эстель и несмело улыбнулась.
Кассандра позволила последней королеве Флориендейла ещё раз провести её по тем же коридорам. Эстель, очевидно, не знала, о чём говорить, и пыталась заполнить тишину подробным разъяснением всех деталей бывшего королевского убранства. Описания выходили скомканные: Эстель то и дело запиналась на полуслове, с болезненным вниманием следя за каждым движением и выражением лица Кассандры. Кассандра слушала вполуха, не совсем понимая, как вести себя с этой женщиной – с её…
