– Со спичками играл? – спросила Кассандра. Она, очевидно, не понимала, что произошло в башне и что за устройство горело там сейчас, осыпая искрами блестящие полы.
Парень скривился и хотел ей ответить, но не смог. Кассандра снова дала ему воды.
– Ты можешь идти? Мы же не потащим тебя по лестнице вниз, – сказала Призрак.
– По лестнице вверх, – поправила Кассандра. – Ещё один этаж.
Алишер постепенно приходил в себя. Незнакомые девушки целую вечность тянули его за собой по коридорам и лестницам, прежде чем позволили сесть и оставили в покое. Он не мог, не хотел ничего видеть – просто сидел, уронив голову на грудь, пока одна из них перевязывала ему обожжённую руку. Он чувствовал себя так, словно уже умер.
– Ладно, ты лучше ляг, – сказала девушка и помогла ему опуститься на пол.
Алишер открыл глаза и уставился в потолок. Когда-то там был стеклянный купол, но он разбился. Значит ли это, что Алишер сейчас лежит на груде осколков? Очень холодных осколков после обжигающей близости пожара…
– Генератор, – пробормотал он.
Вторая девушка вдруг склонилась над ним и загородила вид на купол. Лицо перемазано, светлые волосы растрепались.
– Ну, ты как? – спросила она. – Меня зовут Кассандра. Отличное место выбрал для прогулки, ничего не скажешь. Ты же не отсюда?
– Нам надо торопиться, – заметила её напарница. – Ты сама говорила, что Мари будет ждать.
– Я знаю, – Кассандра кивнула и хотела встать, но Алишер непроизвольно схватил её за руку. Девушка вздрогнула.
– А… ты? Сама ещё… школьница… – Алишер закашлялся. – Шестнадцать лет… день рождения в мае…
Кассандра нахмурилась. Другая девушка незаметно выхватила пистолет и теперь держала Алишера на прицеле. Алишер едва не расхохотался, вот только дышать было трудно.
– У меня день рождения в июле. Шестого июля, – сухо сказала Кассандра, высвобождая свою руку.
– А вот… и нет, – отозвался Алишер.
Её напарница сделала шаг вперёд, и лицо у неё было страшно недовольное.
– Призрак! – жестом остановила её Кассандра. – Брось, очевидно же, что он бредит.
Она ушла в другой конец зала. Алишер протянул руку в её сторону – и опустил. Боже, как он устал. Каким чудом он спасся? Когда уже думал, что всё, кранты… А теперь эта Кассандра. Кассандра и Мари, Мари и Кассандра – так звали двойняшек, сказала ему Аврора, которых она разлучила в Поверхностном мире. Но он мог ошибаться.
Призрак опустила оружие, но всё равно стояла рядом начеку. Алишер попытался подняться – секунду она колебалась, но потом всё-таки подхватила его под локоть.
– Эй, Кассандра! – Алишер старался говорить громко, но получался лишь хриплый шёпот. – Погоди! А Мари тебе кто? Ты откуда?
– Не слышу тебя! – прокричала Кассандра. Она обходила стены зала по периметру, иногда останавливаясь и осматривая каменную кладку.
– Помоги мне… Призрак? – попросил Алишер вторую девушку. Она скептически посмотрела на него.
– Ты чего хочешь? Тебя ноги не держат.
– Плевать, – Алишер мотнул головой. – У тебя есть вода? Дай глотнуть… Мне нужно поговорить с ней.
Призрак достала из сумки флягу, отвинтила крышку и протянула ему. Вода была холодная. Божественный, божественный напиток! Алишер даже не заметил, как выпил всё.
– Извини, – сказал он.
Призрак только хмыкнула.
– Что вы здесь делаете? – спросил Алишер.
– А это не твоё дело.
Проклятие! Алишер отвернулся и заковылял к Кассандре. Однако, не дойдя до неё всего нескольких метров, был остановлен Призраком, снова наставившей на него пистолет.
– Будь добр, не отвлекай её сейчас. Она занята.
– Но что…
– Призрак! – позвала Кассандра. Она стояла на цыпочках с фонариком в самой узкой части зала у полукруглой стены. – Мне кажется, тут что-то есть! Как будто сердце бьётся…
– Это же ты была в тюрьме в Роттербурге? Или твоя сестра, да? – успел вставить слово Алишер.
– Не сейчас! – рявкнула Призрак.
Алишер покачал головой. Перед глазами расплывались цветные пятна, ослепительно яркие в темноте помещения. И чего он пытается добиться? Они не желают с ним разговаривать. Он снова опустился на пол и уронил голову на руки. Пусть делают что хотят.
Кассандра прикоснулась к стене и провела по ней пальцами, словно повторяла невидимый узор.
– Здесь буквы, – сказала она. – Есть где записать?
– Писать нечем, – отозвалась Призрак. – Эй, у тебя нет ручки?
– В башне… осталась, – пробормотал Алишер. – Хочешь – сходи.
– Остряк, – фыркнула Призрак. – Негде писать, Кесс, давай так говори.
– Ну ладно… – Кассандра замерла. – E, X. Потом… потом другое слово.
Она сосредоточенно перебирала пальцами по стене. Кажется, буквы были выточены в светлом камне. Призрак помогала ей, освещая стену крошечным фонариком. Алишер вяло наблюдал за ними с пола.
– A-E-O… Нет, это Q. AEQUO! Теперь следующее слово… короткое, просто ET. А дальше…
«Это не слово», – подумал Алишер.
– Четыре буквы, B-O-N-O. Всё, больше ничего нет.
– EX AEQUO ET BONO, – повторила Призрак. – Ну ладно, и что это такое?
– Я не знаю, – пожала плечами Кассандра. – Жаль, мне казалось…
– Это латынь, – перебил Алишер, оторвав тяжёлую голову от колен. – Известное латинское выражение, переводится: «По добру и…»
