– ТВОЮ МАТЬ! – Ударяю ладонями по клавишам и роняю голову на руки.
– Айви?
Я оборачиваюсь и вижу растерянно глядящего на меня от дверей мистера Уиллиса.
Лицо у меня вспыхивает.
– Прошу прощения. У меня просто… не получается. – Я собираюсь с силами, сажусь прямо и делаю глубокий вдох.
– Ничего. Держу пари, это может расстроить! Для меня все звучало прекрасно, но я едва смогу сыграть простейшую мелодию. – Он подходит и опирается на рояль, затем, очевидно, решает, что это выглядит неуместно, и снова выпрямляется. – Послушайте, вы не видели нигде Кловер? Она уже вернулась?
Я качаю головой, потом хмурюсь. Кажется, мистер Уиллис краснеет. В светлых джинсах и белой футболке – ведь семестр еще официально не начался и нет необходимости соблюдать дресс-код – он кажется моложе. Я невольно задаюсь вопросом, оправилась ли от стычки его
– Нет, не знаю. Извините! Наверное, это срочно… хотите, поищу ее? – Я закрываю крышку рояля и поворачиваюсь к нему.
Лицо мистера Уиллиса озаряется.
– Это было бы чудесно. Мне очень нужно задать ей вопрос по поводу следующего выпуска ее подкаста и нашего интервью.
– Окей. – Я вынимаю телефон и пишу Кловер. – Кажется, она действительно верит во все это. – Я не говорю ему, что теперь я тоже в это верю.
– Я беспокоюсь не об этом, – признается он.
Набирая сообщение, я сохраняю нейтральное выражение лица.
Мистер Уиллис хочет тебя видеть, срочно.
Он выглядит слегка напуганным. Ты вообще вернулась?
Поднимаю взгляд на учителя и улыбаюсь.
– Я написала ей, сказала, что вы ее ищете, но она офлайн. Могу дать вам знать, если она позвонит, или, может, вы задержитесь ненадолго?
– Спасибо, Айви, я очень ценю вашу помощь. Я пробуду в учительской еще пару часов.
– С вами все в порядке, сэр? Вы выглядите немного раскрасневшимся.
– Я в порядке, в порядке. Просто должен кое-что уладить. – С этими словами он уходит.
В этот момент я получаю ответ от Кловер:
НЕ ГОВОРИ ЕМУ ПОКА, ЧТО Я ВЕРНУЛАСЬ.
Это потому, что я опаздываю с курсовой.
Мои пальцы барабанят по крышке рояля. Что-то во всем этом кажется очень странным. Мистеру Уиллису, похоже, было не по себе. И почему Кловер наврала мне, что это – из-за курсовой? Я снова пишу ей.
Ты где??
Что такого может знать о будущем подкасте мистер Уиллис, чего не знаем мы? Живот сводит холодом.
В безумной панике я пишу Одри:
Как можно скорей встречаемся в нашей комнате.
Когда я вхожу в ОКС, то едва не подпрыгиваю от изумления: тут полно народу. Когда успели приехать все эти люди? Я так привыкла оставаться тут вдвоем с Айви, что мне странно вновь видеть всех остальных.
– Одри, сюда! – Араминта сидит в окружении своих подруг. Она машет мне, и я неуверенно иду к ней.
– Привет, – начинаю я. – Эм, как прошли каникулы? Кэти? Бонни?
Кэти пожимает плечами.
– Не очень насыщенно. Просто расслаблялась дома.
– Я ездила в Котсуолдс. Честно говоря, мои родители – психи, – вздыхает Бонни. – Я рада, что вернулась.
– А ты, Одри? Не уныло было остаться тут? – спрашивает Кэти.
Но Араминта вклинивается прежде, чем я успеваю ответить:
– Слушай, мы только что обсуждали нечто важное, и ты должна знать. Пусть даже то, что я сделала с Кловер, было неправильным, то, что она с нами делает, тоже неправильно. – Теперь она обращается ко всем, и все согласно бормочут.
Я хмурюсь.
– Ты о чем?
– Помимо той гнусной и ужасной лжи, которую она распространяет обо мне? Ну, это очевидно из последнего подкаста, который она выпустила на каникулах. Ты слушала?
Я осторожно киваю.
– Ну, она сказала, что на вечеринке по поводу Самайна случится что-то плохое. Она
Я, должно быть, выгляжу озадаченно, потому что Араминта закатывает глаза.
– Разве ты не видишь?
– И не должна, – поддерживает ее Бонни.
– Это будет самая грандиозная и самая лучшая вечеринка на Самайн, которую когда-либо видела школа, – кивает Кэти.
Поверить не могу, что не осознавала, насколько глубоко они залезли Араминте в задницу.
– О, Одри, тебе понравится, – мурлычет Араминта, и теперь ее голос излучает тепло. Даже пугает, как легко ей удается переключаться от ледяного тона к теплому и обратно.
– Что, если Кловер
Повисает пауза.
