— Слушай, я поеду за тобой, — сказала я, открывая дверцу минивэна. Ожидала протесты и уговоры, но их не последовало.
Меня давно не было на бульваре Гришам, где располагались популярные бары и ночные клубы Кентукки.
— Уверена, что не хочешь поехать со мной? Оставишь машину здесь до утра, — Джерри стоял у водительской двери, позвякивая ключами. Пэм держала его за руку, очевидно слишком пьяная, чтобы вести машину после четырех кружек пива.
— Нет, все хорошо. Я припаркуюсь в гараже Гришама, а затем, если мне понадобится уехать домой с тобой, буду спокойна, зная, что машина припаркована в безопасном месте.
На самом деле я больше не планировала пить. Кислое Амаретто плохо влияло на мой живот и оставляло ужасное послевкусие во рту.
Кроме того, мне необходимо было самой добраться до дома, поскольку не хотелось разыскивать минивэн утром. Слишком часто мне приходилось искать машину после очередной ночи…
Я положила сумочку на пассажирское сидение и поправила водительское зеркало, чтобы проверить, не застряла ли еда в зубах.
Даже сейчас я все еще потрясена той женщиной, что смотрела на меня.
Полагаю, я ожидала увидеть молодую версию себя с нежной белоснежной кожей и блестящими черными прядями без жестких седых ворсинок. Девушку с убийственной улыбкой и прямой спиной. Когда — то я могла вскружить голову любому. Даже Майклу.
Но больше на это не способна.
Пэм поделилась парой историй о своих любовных похождениях. Была ли я впечатлена?
Нет, вовсе нет. Я испытывала жалость к ней.
Мои мысли вернулись к Делани, пока я ждала, когда Джерри поравняется со мной, чтобы мне можно было поехать за ним следом.
Телефон под сидением снова запиликал. Я почти забыла о том, что он лежит там в темноте. Ворча, я потянулась под сиденье и достала его.
Я смотрела на экран ее айфона. На заставке стояло ее фото с лучшей подругой, Керри. Она улыбалась, демонстрируя ровный ряд белоснежных зубов и пухлые губы, но Делани… Нахмурилась, прищурив глаза. Выглядела… рассержено. И все на этом снимке словно кричало:
Я провела по экрану вправо и мне выскочило предложение ввести пароль. Не раздумывая, я ввела шесть цифр кода, который мы с Делани использовали годами. Она ставила его в "роблоксе" и на других детских онлайн — играх. Но прошли годы. Она вполне могла сменить его, верно?
К удивлению, пароль сработал. Делани не меняла привычек, как и я.
На экране всплыла дюжина иконок приложений. Меня успокоило, что на рабочем столе был обычный фон: голубая океанская вода и белые барашки на пляже. Но что-то было неправильно. Если бы Делани узнала, что я копаюсь в ее телефоне, мне пришлось бы дорого заплатить.
Без сомнения, она будет в ярости.
Но разве родители не должны контролировать своих детей? Проверять, как они живут?
Моя мама умерла, когда я была в возрасте Делани, и я могла бы понять все ее проблемы.
У Делани в углу моргал значок непрочитанных сообщений. Прежде чем я передумала, нажала на сообщения.
Первое сообщение — мое, отправленное ранее, где я просила позвонить, если понадобится моя помощь.
А самое последнее… Нажала на него и подождала, когда изображение загрузится на экран.
Я открыла рот и осознала, что плачу, прикрыв рот от ужаса.
— Ты чего застряла? Поехали! — крикнула Пэм через пассажирское окно в машине Джерри. Они припарковались рядом со мной, ослепляя меня яркими белыми огнями.
Я быстро нажала кнопку возврата, и экран потемнел. Дрожа, я потянулась к сумочке и убрала телефон.
Я быстро опустила окно, выглянула из него.
— Простите, — выкрикнула я, — но мне надо ехать. Я нужна Делани в больнице. Спасибо за ужин. Повторим это снова, хорошо?
— Да, конечно, — сказала Пэм, но убеждена, что она мне не верит. Расслабилась на сиденье, и я заметила, как она набирает сообщение на телефоне.
У Пэм не было близких друзей, но общалась со многими…
Это не важно, все мои мысли были о Делани.
Изображение с телефона моей дочери снова промелькнуло в моем сознании. Испытывая отвращение, я покачала головой, желая убраться поскорее. Джерри посигналил и помахал мне. Я проводила взглядом задние огни машины, отъезжающей с парковки ресторана. Наконец, я завела двигатель минивэна и медленно поплелась к дому.
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
Дом погружен в темноту, ни внутри, ни снаружи света не было, поскольку я выключила все перед тем, как поехать на день рождения.
Оук хилл не только объединение, но и община. По крайней мере, так было описано в буклетах. У меня был единственный сосед через дорогу, а оба дома по соседству — почти копии моего — пустые и мрачные.
