Но неожиданно звонок, раздавшийся где то из недр ее сумочки и словно прорвавший все преграды, возведенные ими же, нарушил идиллию. Он будто силой заставил вернуться на землю. Елена тут же дернулась было. Она разом вспомнила о времени и о семье, будто очнулась от захватившего ее наваждения и почти умоляюще посмотрела на Олега. Но он удержал ее, не вняв ее немой просьбе, продолжая движения и приковывая своим взглядом. Сейчас в нем не было и капли нежности, которая была еще минуту назад. Его глаза говорили совсем о другом. О том, что ему плевать на все звонки. Он получит свое и никто ему не сможет помешать. Прочитав это в его взгляде, она тут же отвернулась и прикрыла глаза, будто смиряясь. А он, по-видимому, разозлился. Потому что потом еще долго мучил ее не кончая, вроде как наказывая Елену и показывая, что, когда она с ним, то и думать должна только о нем. Но она не умела притворяться и уже явно была не с ним.
Машина стояла около соседнего от ее дома. Елена специально попросила Олега остановиться подальше. Однако выходить не спешила, ожидая его окончательного решения. Но чуда не произошло…
– Я даю тебе два дня. А потом буду действовать сам, – произнес он таким тоном, в котором не было и капли компромисса, и смотря при этом прямо перед собой.
Елена почти судорожно вздохнула. Ну вот и все, маховик закрутился, и она не сможет его остановить.
– Давай в субботу. Сережа уедет к матери в деревню… – Она не успела договорить, как он перебил ее:
– Ты не поняла. Я не собираюсь прятаться ни от твоего мужа, ни от кого бы то ни было вообще. И буду встречаться со своим сыном открыто.
– Я просто хотела сделать все постепенно. – Ее голос слегка дрожал, и она невольно опустила голову, понимая, что еще немного и не выдержит, сорвется. Его, как ей казалось, в данный момент спокойный и даже сытый голос, раздражал неимоверно. Олег ничего не ответил и она, помедлив лишь минуту, вроде как еще на что то надеясь, наконец вышла из машины. И если раньше, буквально бежала домой, то теперь ее ноги передвигались с трудом. Она шла словно на Голгофу. Ей предстояла совсем недостойная роль. Разрушить собственную семью. Что может быть омерзительнее…
Никита выскочил из своей комнаты, когда она уже сняла туфли в прихожей.
– Мама, мама! Смотри, какой мы с папой самолет собрали! – Он провел моделью в воздухе, имитируя при этом рев двигателя самолета.
– Здорово. Только хорошо бы и об уроках подумать. – Елена пыталась быть строгой, но улыбка, все же невольно прорывалась сквозь плохое настроение.
– Да, ничего, завтра сделаю. Я же во вторую смену, – отмахнулся сын. Он хорошо учился и понимал, что мама строжится больше для порядка. Через минуту его как ветром сдуло. Зато появился Сергей.
– Привет. – Он поцеловал ее, смотря при этом недовольно. – Опять кафедра?
– Привет. Да, задержали немного. – Елена, стараясь не смотреть на него, сразу прошла в ванную. Ей срочно надо было переодеться и принять душ.
– Совсем не немного. У меня ужин успел остыть, – произнес он, слегка повысив голос, уже закрытой двери. И даже не подозревал, что Елена с той стороны меньше всего сейчас думала о еде. Она сидела на полу ванной, куда ее просто придавило от чувства вины, и плакала. Нет, она будет тянуть до последнего и ничего ему не скажет. Сергей этого всего совсем не заслуживал. Хотя и понимала, что лишь ненадолго отстрочит объяснение, но все же.
А к столу вышла и вовсе улыбающаяся. Сергей уже успел поставить перед ней аппетитное блюдо и она почти с жадностью набросилась на него, будто и не была сегодня в ресторане. Впрочем, ей там не до еды особенно было.
– Слушай, давай ка с этим заканчивай. – Муж сел напротив и внимательно посмотрел на нее.
– Да все нормально, – отмахнулась Елена.
– Ну да, нормально. Только вон щека дергается. И вообще, как ты и хотела, я везде разослал свое резюме, и ты знаешь, из пары мест мне уже позвонили. Так что скоро сменю свое спокойное место и буду больше получать. Правда, ужин придется, похоже тебе готовить.
Елена даже замерла с вилкой в руке.
– Ты это серьезно. Ну… про работу?
– Нет, шучу… Блин, конечно серьезно. – Он даже вроде разозлился. – Правда теперь похоже допоздна меня дома не будет. Там прямо сказали, что рабочий день у них ненормированный, особенно для программистов. Я конечно не сторонник всех этих вечерних посиделок на работе и считаю, что работа не должна быть всем в жизни, и семья должна вечером ни где-нибудь болтаться, а сидеть ужинать за столом, но чувствую, скоро без жены останусь. Ты, похоже, на кафедре ночевать начнешь. Только у меня одно условие.
– Какое?
– Все свои подработки оставишь.
– Но… – собиралась было она возразить.
– Никаких но. Никита не должен быть брошен. Ты же знаешь мое к этому отношение.
– Знаю, – произнесла она с улыбкой, правда и слезы при этом не смогла сдержать. Она оценила, что муж ради нее наступил на горло своим убеждениям.