Пользуясь тем, что противник отвлекся разглядыванием висящего под потолком гроба, я бросилась к проходной.
Но реакция вахтера оказалась феноменальной - он вмиг оказывается передо мной и впился стальной хваткой в мое плечо, рыча:
- П-п-п-предъявите п-п-п-пропуск!
- Да он мне совсем не нужен, я ж еще вчера договорилась, что пропустят, - соврала я, с трудом отрывая от себя чужую лапу. - Мне сказали: мол, поднимись на второй этаж, сверни там налево и топай мимо третьего кабинета, что на правой стороне. Я кстати, опаздываю. Можете меня не провожать. Сама найду дорогу. Заранее благодарна. После переговоров подарю Вам коробку лучших кубинских сигар и одеколон, которым в Кремле пользуются все высокопоставленные чинуши.
Я попыталась обойти этого козла. Но тот схватил меня за руку. Между прочим, за самую необходимую в страховом деле - за правую.
- Ты чо, блин, делаешь, дубина стоеросовая! - вскрикнула я. - Сломаешь кость - засужу по-черному! Гестаповская морда!
- Идите в б-бюро п-п-пропусков! - костолом указал мне, в какой стороне это бюро находится, и отпустил руку.
Я отскочила от вахтера. И потерла атакованную им руку, морщась от боли и мысленно призывая на его голову мышиный грипп, гастрит и свинку.
- Ты мне чуть руку не сломал! - заявила ему я и добавила шепотом: - У-у, козел! Я убивала и за меньшее!
Засучив рукав, я оглядела пострадавшее запястье. На нем были отчетливо видны лиловые следы от безжалостных пальцев проклятого мной вместе со всем его потомством заики-вахтера.
Я попыталась найти на его роже следы раскаяния или страха за содеянное. Но тот, сволочь и садист, как ни в чем не бывало - гранату ему в штаны, - повторил:
- Извините, но Вам н-необходимо идти в б-бюро п-п-пропусков!
Вахтер снова указал мне направление, в котором я должна топать от проходной.
- П-п-пройдите по к-коридору до к-конца. Извините за п-п-причиненное т-такой к-красивой д-девушке н-неудобство.
Я зло, словно перееханная трамваем анаконда, зашипела на вахтера, и направилась в указанном этим сатрапом направлении, бормоча на ходу бессмертные строки Пушкина:
Я рассмеялась, забыв на время и про нехорошие предчувствия и почти покалеченную руку.
ГЛАВА 4. ТОЛЬКО НЕ ЗОМБИ!
1
Смеялась я недолго. В кристально чистую работу моего сознания вторглась, омрачив и замутнив его напрочь, мысль: "Что-то тут не так".
Судите сами, сестрицы, разве бывает так, чтобы в одном единственном месте имелось столько всякой потусторонней хрени? Череп на дверной ручке. Гогочущие горгульи. Мрачный офис, где творятся странные дела. Упертый вахтер, который по подготовке тянет на мастера-рукопашника.
Для полного соответствия антуража содержанию происходящего действа не хватало только появления какого-нибудь архилича - всемогущего повелителя всяческой нежити вроде упырей, леших и поднятыми с ближайшего кладбища зомби.
"Нет-нет-нет-нет! - мое сердце ухнуло вниз и провалилось куда-то в район мочевого пузыря. - Только не зомби!"
Чувствуя приближение приступа панического страха, я изо всех сил попробовала обхихикать его. Однако чего-то мне совсем не хихикалось.
Поглаживая пострадавшую от вахтера-садиста конечность и призывая на его голову все венерические заболевания, о которых когда-то узнала из прочитанной от корки до корки Большой медицинской энциклопедии, я шла в указанном этим паразитом направлении по длинному холлу.
Присущих таким местам кресел, рахитичных пальм, диванов и журнальных столиков со свежей прессой и корпоративной рекламой тут не имелось.
Зато имелось нечто совершенно неожиданное: стены холла украшали изображения разных версий Того Света - христианских, индуистских, буддистских и пр., снабженные комментариями специалистов, разъясняющими содержание сих изображений.
Я с удивлением увидела, что картины начали оживать прямо на моих глазах, и подумала: "Наверное, это рисовалось какими-то хитрыми технологиями. Скорее всего - какая-то невероятная мультипликация. Наверное, пресловутая 4D-графика"
Я замедлила шаг у картин, иллюстрирующих взгляд на мир иной древних греков. Прищурившись, прочла подпись мелким шрифтом под первой из картин: "Гадес - бог Аида, подземного царства мертвых, старший сын Кроноса и Реи, брат Зевса, Посейдона, Геры, Гестии и Деметры, супруг Персефоны".
Гадес произвел на меня отвратное впечатление. Он походил на бомжа, вылезшего из канализации, чтобы стрельнуть пару сигарет у прохожих: замызганная хламида, видавший виды треух из пыжика и видавший виды костыль.
Начальник Аида стоял на берегу река скорби Стикс перед вратами в Царство мертвых, поблескивающими медной в лунном свете оковкой и гостеприимно распахнутыми настежь.
