– Вряд ли, потому что в эти места он впервые приехал. Он мне сам это сказал. Хотя, может, и соврал, конечно. Дело в том, что у него фамилия, как у одной семьи, которая жила в этих местах двести лет назад. И, представляешь, основоположницу этой семьи звали Марфой, а ее старшую дочку – Глафирой. Как у вас с Марфушкой, только наоборот.
– Да уж, совпаденьице.
– Ага. Марфу называли утехой снохача, потому что свою старшую дочь она родила не от мужа, а от свекра. И вот эта самая Глафира, хотя и была крестьянкой, да еще и незаконнорожденной, замуж вышла за помещика, который усадьбой владел. Графа Румянцева. А девичья фамилия у нее была Якунина. И в усадьбе Румянцевых как раз и убили бизнесмена Олега Якунина. А сын моей хозяйки, тот самый, которого тоже убили, как раз и занимался изучением истории этой семьи. Даже в архив ездил.
– Какая интересная история! – воскликнула писательница Северцева. – Про это можно такой роман написать, просто закачаешься. Снохачество – обычай древний и варварский, конечно, а в художественной литературе ему не так уж много места отведено.
– А ты про это слышала, что ли? – огорченно спросила Саша. – Я вот никогда, хотя и лингвист, и историю вроде неплохо знаю.
– Слышала, хотя и краем уха, конечно, – призналась Глафира. – У Лескова про это есть. В «Житие одной бабы». Страшная книга на самом деле. А еще у Шолохова в «Тихом Доне». Вот и все, пожалуй. Так что надо будет за это взяться. Богатая тема. Только, Санька, я очень тебя прошу, не лезь никуда. Это может быть опасно, раз уже двух человек убили. Да еще деньги эти…
– Как ты думаешь, зачем их разбрасывают?
– Откуда я знаю. Может, потомок владельцев усадьбы хочет местным жителям помочь. На правах барина, так сказать.
На правах барина… В словах, сказанных Глафирой, было что-то важное. Надо будет потом обдумать, что именно.
– Никуда я не полезу, – заверила подругу Саша. – Я тут ем, сплю, работаю над диссертацией. Идет просто отлично, еще два дня и закончу.
– Вот закончишь и езжай домой. Нечего тебе там сидеть, – голос Глафиры звучал безапелляционно.
– А вот и есть зачем. Мне тут нравится. И все интересно. Например, я ходила смотреть утятник.
– Что ты ходила смотреть?
– Утятник. Это такой питомник, где разводят подсадных уток. Их весной используют для охоты на диких селезней. Сейчас же сезон охоты. И там так все продумано, до мелочей. У уток и домики, и прудики, и лазы, и дорожки с мелкими камушками, чтобы пищеварение лучше было. В общем, целый утиный санаторий. А знаешь, что самое приятное, Глаша?
– Что? – с подозрением спросила Глафира, видимо, после рассказа про уток уже не ожидающая от Александры Архиповой ничего толкового.
– То, что за все время, что я здесь, я ни разу не вспомнила Данимира.
– А вот это действительно абсолютный плюс. Пожалуй, беру свои слова обратно. Сиди в своей Глухой Квохте, Архипова, как можно дольше. Только не влезай в авантюры и не подвергай свое хлипкое здоровье опасности. Поняла?
– Поняла, – счастливо засмеялась Саша. Какое же счастье, что в ее жизни есть Глафира Северцева. – Я тебя целую, Глаша. Надеюсь, что у твоих все в порядке? А то мы только обо мне разговариваем.
– У моих все отлично, – заверила ее Северцева. – Ладно, отдыхай дальше. А за рассказ про утеху снохача спасибо. Я, правда, подумаю, как это использовать и конвертировать в новую книгу.
Закончив разговаривать, Саша вернулась к своим интернетным изысканиям, правда, больше ничего нового про снохачество не нашла. Внезапно в ее голову пришла неожиданная мысль. А что, если съездить в областной архив, тот самый, в который обращался сын тети Нюры, и узнать про Якуниных-Румянцевых побольше?
Время у нее есть. Для того чтобы закончить свою научную работу, ей надо от силы два дня, а от отпуска осталось еще целых двенадцать. Она совершенно точно все успеет без всякого ущерба для работы. А найденные материалы отдаст Глафире, чтобы та могла их использовать в новом романе. Подруга сделала ей много хорошего, почему бы и не оказать ответную любезность.
Даже самой себе Саша бы ни за что не призналась, что движет ею не желание помочь подруге, а жгучее любопытство. Ей не терпелось попробовать разобраться во всем, что происходит вокруг, а в том, что убийство бизнесмена Якунина и сына тети Нюры связаны между собой, она даже не сомневалась.
Старая барыня, как называли Глафиру Румянцеву, спрятала какой-то клад. В усадьбе что-то искали. Бизнесмена убили именно там, а хозяйкин сын незадолго до смерти изучал прошлое семьи Румянцевых. Все это явно не простое совпадение. Да, решено. Завтра же с утра она поедет в архив.
Хотя нет, завтра не получится. Завтра воскресенье, выходной. Да и по понедельникам архивы часто закрыты для посетителей. Что ж, придется отложить свой визит до вторника. Что и не хуже. Пока с диссертацией надо разобраться до конца, чтобы не испытывать мук совести. Сделал дело – гуляй смело. В том числе и по детективным делам.
