«Дорогая Карма. Наверное, когда ты вернешься, меня уже не будет в замке. Знаешь, я просто с того момента, когда мы повздорили, многое поняла, я видела Арвелла, потом я видела тебя — пьяную и совсем не такую, какой привыкла считать. Я действительно оказалась глупой девчонкой, способной часами зубрить темы из учебников, но не видящей того, что твориться у меня под носом. Арвелл никогда не любил меня, он просто пожалел и приютил, а я это приняла за чувства. На самом деле, наверное, с самой первой минуты, он отдал свое сердце целиком и полностью тебе. Просто мне не хотелось этого признавать, я глупо ревновала и что-то пыталась всем доказать. Но я никогда не смогу пойти за ним в небо. А ему как раз нужна та, что не боится летать, что способна также ринуться под самые облака, невзирая ни на что. И есть только один такой человек. Это ты, Карма, и тебя никто не сможет заменить. Так что прости меня, пожалуйста, прости мою бестолковость. И сердечное тебе спасибо, что ты постаралась сделать меня счастливой, пусть даже и не ради меня, а ради собственных планов. Я была счастлива, правда. Я с огромным удовольствием вспоминаю дни, проведенные с тобой. Но все же я не готова отказываться от своей работы, от своей настоящей страсти. Поэтому очень-очень прошу тебя, чтобы ни случилось, не сдавайся, спаси Арвелла, эту ящерицу, как ты его называешь. А когда спасешь — не отталкивай, будь с ним рядом, потому что пусть он и великий, но, как ты сама же говорила, несносный мальчишка без царя в голове. Я в тебя верю. Искренне твоя, Эллис».
— Напыщенная чушь, — отшвырнула я от себя лист и передернула плечами, подчеркивая сказанное. — Бред сивой кобылы.
— Опять поругались? — Робко спросила Иннара.
— Если бы, — уронила я голову на подставленные ладони, — если бы мы поругались… эта мелкая решила влиться в стихийно организованный хор под названием «Давайте сведем…», а ладно, не обращайте внимания.
Почему-то мне стало очень неловко при стариках признаваться, что я не собираюсь всю оставшуюся жизнь торчать в каменных стенах, оберегая всеми обожаемого Рутхела. Что-то пикнула в голове Юси, но тут же замолчала, почувствовав мое нежелание развивать тему. Вообще, я не могла не признать, что Юси оказалась очень деликатным духом, лишний раз не тревожащим меня и нередко позволяющей мне ощутить себя одной.
— Ладно, — я допила чай, — сидеть можно долго, но миссия еще не завершена. Так что я сейчас отправлю еще одно письмо Раде и отправлюсь в путь. Портал, по идее, должен уже зарядиться.
Сказав это, я с огромным нежеланием покинула теплое кресло, еще раз обняла Иннару и Гарора, и бросилась в свою комнату, где меня ожидала нормальная одежда и подготовленная сумка. Безумная, конечно, мысль, но вдруг сработает? А если не сработает? Значит, разноглазый долго будет ловить собственную челюсть, стремящуюся к полу, а после закопает меня, сообразив, в какую копеечку ему влетит замена телепорта.
А вот не фиг было женить меня на себе.
Я подлетела к компьютеру, краем попы придавила кресло и быстро залезла в почту. Нет, Рада еще не читала мое письмо. Ну ничего, потом два письма прочитает. И я стала спешно набирать текст, периодически опечатываясь и нетерпеливо исправляя ошибки.
— Карма.
Ну что еще? Я мельком взглянула на Гарора и тут же удивленно уставилась на старика, одетого уже совсем не по-домашнему.
— А ты куда собрался?
— С тобой, девочка. Ты хоть представляешь себе этот прототип?
— Не-а, — покачала я головой, злясь на придурь старика.
Ну вот куда ему-то рваться в Мертвый Город? Заняться, что ли, больше нечем?
— А я видел, — назидательно поднял палец Гарор, — и поверь, ты, хрупкая женщина, недалеко его унесешь.
Вот же черт, а об этом я совсем не подумала. Пришлось переписывать последнюю строчку, сообщать теперь, что я не одна рвану в свое удивительное путешествие.
— Ладно, — уступила я, признавая логичность сказанного, — погнали тогда. Только я еще не знаю, получится ли то, что я задумала.
Я закрыла Скрибер, запустила выключение компьютера.
