— Что с тобой? Ты ранена? — Антон подскочил к сестре, обхватил руками, разглядывая её со всех сторон, потом, закрыв глаза, за несколько секунд «прогнал» тело девушки от головы до пят. И только потом с облегчением выдохнул, прижав Арину к себе.
— Ты невредима. Слава богам. Что случилось?
— Как там? Стреляли… Помнишь фильм? — девушку стало трясти, но Антон не выпускал её из рук, ещё сильнее прижимая к себе.
— Не надо переживать, лапушка. Всё понимаю, но ты должна понять одно — не на тебя напали, не ты. В голове оставь единственное — ты защищалась единственно доступным способом. И просто чудо, что смогла ТАК быстро сообразить что делать. Посмотри мне в глаза. НУ! Тебя не тошнит?
В ответ раздался совершенно неуместный сейчас смех.
— Тошка, ну какой же ты забавный. Ты мо мной как мама с ребёнкам «Не тошнит?» Ты спрашиваешьу врача, который стажировку проходил в Скорой помощи? Который однажды на улице руками запихивал кишки в живот живого человека? — девушка вдруг задумалась. — А знаешь, я ведь и не вспомнила о клинке. Растерялась. Мне кажется, что ОН действовал по собственной воле, понимаешь? САМ, защищая меня.
— Чему удивляться, когда они давно стали частью нас. Два года в теле круглые сутки. Мы и забываем порой, что в нас есть чужие души. Помнишь, как старик рассказывал легенду об этой паре клинков? Что они были выкованы лично богами и в каждый из них была помещена частичка самих Творцов? А теперь подумай — какому богу хотелось бы так бесславно умереть? Без хорошей драки и поверженных врагов? Мой уже испил крови, теперь и твой радуется. Кстати, где он? Не потеряла?
Девушка, чуть отстранившись, посмотрела по сторонам, а потом взглянула на руку, где на запястье темнел на коже крохотный символ, означающий, что клинок находится в теле. Она подняла руку и показала знак Антону.
— Ясно, — молодой человек улыбнулся. — ОН у тебя вообще умница. Защитил хозяйку, точнее, своего друга, а потом вновь спрятался, что бы никого не пугать.
— А знаешь, Тош. У меня чувство, что внутри… что ОН счастлив от того, что смог защитить меня. А больше, не поверишь, от того, что ты его хвалишь. Правда.
— Вы оба молодцы. Ладно, дома проанализируем что к чему. Ты как сейчас, сможешь дальше идти? Или передохнём?
— Идти смогу, но вновь разрядилась, хотя подожди… Чертовщина!!! У меня силы полностью восстановились, словно я проспала всю ночь без задних ног. Это что получается, мой друг меня восполнил?
— И так может быть. Со своим я такого не проделывал, но помню, когда крылатый лишился головы, мой радовался словно ребёнок, которому купили самую вкусную конфету. И своей радостью поделился — я сам был несколько минут «под кайфом»… Ну так что, заканчиваем с этим этажом и вниз? Если успокоилась и готова — выйди из кабинета и проконтролируй коридор, а я здесь осмотрюсь.
Арина послушно вышла, а Антон, просунув руку через разбитое стекло шкафа, с удивлением нащупал, что позади задней стенки шкафа находится металл. Или сейф, или шкаф, но его интересовало не это. Найдя то, что искал, повертел найденное в руках и положил в карман. Затем тоже самое сделал и с непонятным медальоном, залитым кровью, что лежал почти на середине комнаты. Аккуратно поднял его за цепочку, чтобы не запачкаться и ненадолго закрыл глаза. Кивнув своим мыслям, взял с ближайшего стола лист бумаги, свернул кульком и туда поместил медальон. Завернув бумагу, положил туда же, куда и сплющенную пулю, что нашёл в шкафе. Оглядевшись ещё раз, вышел из кабинета и закрыл дверь.
— Что, нашёл что искал? — поинтероесовалась сестра.
— Угу. Пошли вниз?
— Пошли.
* * *
Мара сидела в тёмной комнате совершенно неподвижно. Все её мысленные призывы о помощи к Антону глохли, не выходя за стены помещения. Девушка давно поняла, что комната экранирована, но всё время, пока оставались силы, она непрерывно звала и звала… Обессилив, села на узкую койку и погрузилась в состояние, которое можно охарактеризовать как уход в стазис. Её дыхание в тот момент почти не ощущалось, а сердцебиение, если бы кто мог измерить, составляло не более десяти ударов в минуту. Второе своё сердце она, силой сознания, отключила, желая сэкономить как силы, так и набрать до максимума ментальную энергию для возможного прорыва из заключения. А то, что она оказалась именно в застенках какой-то непонятной службы, ей стало понятно, когда ворвавшиеся в комнату мужчины, коротко передав, что они её охранники и посланы Антоном, один за другим внезапно упали, скрючившись на полу. Что было потом, она совершенно не помнила, очнувшись уже здесь. И за эти часы никто к ней не зашёл, ни словом не обмолвился, обозначая причину похощения.
- -
