Он отключился, а я, досадливо поморщившись, принялась собирать фишки обратно в коробку. Это заняло гораздо больше времени, чем я рассчитывала. Во-первых, они разлетелись по всему полу, а во-вторых, укладывать их ровными штабелями оказалось довольно сложной задачей, требующей терпения. Оно у меня, к слову, было на исходе.
Когда мне вновь позвонил Субботкин и объявил, что будет через минуту, я как раз заканчивала с последним рядом. Водрузив на место крышку и подхватив коробку, я покинула здание.
Машина Виктора уже стояла возле дома. Я опустилась на пассажирское кресло и положила коробку на колени.
– Успела и в магазин заскочить? Ты же недавно домой ездила, мало обуви привезла? – удивился Виктор.
– Это летние босоножки, – ткнула я пальцем в изображение на крышке.
– В отпуск собралась?
– Я нашла в здании тайник. В стене одного из кабинетов кто-то спрятал эту коробку.
– Деньги? – нахмурился он.
– Фишки. – Я сняла крышку и продемонстрировала ему находку.
Субботкин присвистнул.
– Ничего себе! Зачем их прятать в этом здании?
– Боюсь, что и на этот вопрос нам придется искать ответ.
– Думаешь, это имеет какое-то отношение к расследованию?
– Когда я была в квартире Ефременко, из кармана ее брюк выпала точно такая же фишка. – Я вынула и продемонстрировала ему оранжевый кусочек пластика.
– Вот это поворот!
– Еще какой.
– Значит, тайник принадлежит нашей Аннушке.
– В поезде она попросила меня вызвать такси, чтобы оказаться именно по этому адресу. Не знаю, доехала ли она сюда в ту пятницу, но теперь очевидно, что Транспортную она назвала не просто так.
– Здесь она зачем-то прятала коробку с пластиком.
– Это ведь не просто пластик, это фишки для игры в покер, да вообще в любые азартные игры. Их еще используют в казино.
– Я знаю. Не понимаю только, зачем их хранить в этом странном месте?
– Очевидно, для того, чтобы никто, кроме нее, не смог их обнаружить. Да и место в морозилке не резиновое.
– Да кому они нужны?
– Когда мы это узнаем, ты получишь повышение. Готова спорить!
– Намекаешь, что это может быть связано с убийством?
– Ты в карты играешь?
– В дурака могу.
– Предположим, ты резался бы с приятелями на деньги, используя фишки для ставок. Стал бы ты их прятать?
– Пожалуй, нет.
– А Ефременко стала. Значит, на то была веская причина.
– Для кого-то они представляют ценность.
Субботкин запустил руку в коробку и не без труда вытащил из плотной стопки одну из фишек. Внимательно ее рассмотрел и передал мне.
– Погляди, на ребре особое рифление, узор, я бы сказал. Что-то вроде ветвей дерева.
Я поднесла кусочек пластика почти к самому носу и внимательно рассмотрела. Виктор был прав. Я вынула еще одну фишку, другого цвета, затем еще одну. Все они имели одинаковые узоры на ребре, особую гравировку.
– Пластик дорогой, – продолжал Виктор, зачем-то попробовав его на зуб.
– Это ты по вкусу определил? – не сдержалась я.
– По опыту. Точно тебе говорю: недешевые штучки.
– То есть вряд ли такие используются для того, чтобы перекинуться в картишки с друзьями под бокальчик горячительного?
– Сомневаюсь. Если только приятели не эстеты в пятом поколении.
– Ефременко увлекалась азартными играми?
– Надо у Насти спросить. Поехали!
Субботкин вывернул руль, и мы наконец покинули Транспортную улицу. В дороге я думала о том, кто все-таки оставил коробку в заброшенном здании. Я вдруг пожалела, что не отвела сейчас к нему Виктора. Что, если, когда мы были здесь в прошлый раз, никакого тайника не было? Тогда фишки – дело рук Ланса, который побывал тут после нашей с ним встречи.
С другой стороны, если тайник и был, а Субботкин не обратил на него никакого внимания, то что он сейчас сможет вспомнить?
– Ключи от квартиры Ефременко где?
– У меня.
– В машине?
– Да, в бардачке.
– Поехали туда!
– Зачем? – удивился он.
– Надо сравнить фишки.
– Я уверен в твоей памяти.
– А я нет, – настаивала я. – То есть фишка однозначно была, но я не изучала ее на предмет гравировок.
– Ну, если ты настаиваешь… – проговорил Виктор, разворачиваясь на перекрестке. – Уверен, мы зря потеряем время, кусочки пластика окажутся идентичными. Иначе и быть не может. Слишком невероятное совпадение. Ладно бы ты их на улице нашла или на вокзале. Но ведь они хранились именно по тому адресу, который назвала тебе Ефременко.
– Кстати, почему она не побоялась озвучить мне улицу и дом, в котором был ее тайник?
– Ну, даже я не смог его найти, когда искал. А тут случайная попутчица. Кто же знал, что не такая уж и случайная?
Когда мы оставили машину во дворе дома Ефременко, я стрелой бросилась к подъезду. Виктор едва за мной поспевал.
Субботкин открыл дверь, и я устремилась в ванную. Сунула руку в карман брюк. Он оказался пуст. Сердце ушло в пятки, но, проверив второй карман, я обнаружила в нем фишку. Из машины я прихватила такую же, оранжевую. Оставалось их сравнить.
Одну я держала в левой руке, вторую в правой и, медленно прокручивая, сопоставляла каждую деталь. Видимо, так я простояла довольно долго.
– Дай сюда, – попросил Субботкин, выхватив фишки у меня из рук. – Еще бы лупу принесла! Видно же: один в один!
