Мы замолчали на какое-то время, давая друг другу переварить услышанное. Через какое-то время я вновь взглянула на Бинни. Тот разглядывал дождь за окном и задумчиво теребил бабочку на шее.
— Нам нужен чай! — Его голос был хриплый. — Тетя рассказывала, что господин Аспид пьет сладкий черный чай. Госпожа Ария, вы знаете, где я могу найти чайные листья и сахар?
— М-м, наверное, в этом шкафу, — ответила я, открывая дверцу.
Достав все необходимое, я уже было хотела закрыть его, как увидела в дальнем углу торчащий уголок газеты. Однако открыть нижний шкаф не получилось.
— Не открывается, — растерянно пробормотала я.
— Давайте я попробую, — отозвался Бинни. Он приложил силу, и шкаф, наконец, открылся.
Внутри лежала стопка газет и письма. Последнее было от Энни.
— Это письмо от моей подруги, — радостно воскликнула я. — Мы давно не виделись.
— Открывайте скорее, — возбужденно воскликнул Бинни. Я кивнула.
Я сорвала печать, развернула листок и начала читать. Чем дальше я читала, тем счастливее становилась, а под конец радостно улыбнулась.
Дорогая госпожа Ария!
Спешу вам сообщить, что со мной все в порядке. По четвергам подают вкусные булочки с пряным молоком, я даже буду скучать по ним. Благодарю вас за книги, особенно мне запал в душу приключенческий детектив. Надеюсь и мы с вами как-нибудь отправимся путешествие.
На ваше имя изрядно приходят шоколадные конфеты, но как вы и приказали, я тут же выбрасываю их. Анита часто навещает меня, а я с пользой провожу выходные. Давно я так хорошенько не отдыхала! Поэтому прошу вас, не беспокойтесь обо мне. Поскорее завершите свои дела.
С уважением, ваша Энни.
Как-только я прочла письмо до конца, строчки исчезли. Я подняла глаза на Бинни.
— Вижу, письмо вас порадовало.
— Очень, — кажется, я ярко улыбалась. — Мне любопытно, как письмо приходит отправителю, если нет ни посыльного, ни адреса?
— Это заговоренная бумага, госпожа. Достаточно лишь знать одно имя. Не хотите почитать газету, пока я завариваю чай? — спросил меня Бенджамин, сыпля чайные листья в небольшой чайник.
— Да, пожалуй.
Последняя газета была датирована вчерашним днем. Я нахмурилась. Странно. Кажется, госпожа Луиз говорила, что прессы на этой неделе не было.
Иногда самые плохие новости приходят к нам тогда, когда мы меньше того ожидаем…
***
Ужин уже прошел, и в гостиной не осталось никого, кроме меня и моего волнения. Стояла глубокая тишина — если не считать треск дров в камине, который время от времени меня отвлекал. Я совершенно изнемогла, и, кроме того, в животе была странная сосущая пустота, но не от усталости, а из-за газеты, почерневшие останки которой, стремительно съеживались, догорая в камине.
О, как же мне было тяжело выдержать этот ужин и не показать ни единой эмоции! Ради счастливого лица госпожи Луиз я заставляла себя улыбаться и поглощать пищу, вкус которой я едва ощущала. И даже близкое присутствие мага отошло на второй план. А как только ужин подошел к концу, я наклонилась к мужчине и прошептала, заглянув в бледно-серые глаза.
— Мне нужно с вами поговорить.
— Раннее ты меня избегала и боялась остаться со мной наедине, — буднично сказал он под внимательные взгляды Бенджамена и Луиз.
— Много чести вас бояться.
— Верится с трудом.
Я кинула на него недовольный взгляд и искренне попросила:
— Пожалуйста. Мне очень нужно с вами поговорить.
Не знаю, что он заметил в моем взгляде, однако его лицо стало серьезным:
— В полночь. В моем кабинете.
На меня волной нахлынула тревога за Аниту. Пожалуй из всех знакомых она прожила куда больше горя, чем могла вытерпеть. И вот, когда все только-только наладилось, потерять единственного родственника… Бедная Анита. Как же мне хотелось ее обнять…
Стрелки часов двигались слишком медленно. Я прожигала их взглядом, но быстрее они, увы, не становились.
Когда наконец наступила полночь, я услышала шум наверху и мигом побежала в кабинет мага, напрочь позабыв о том, что произошло почти неделю назад. Меня волновало только мое скорое отбытие, Анита и то, как быстро разрешится вопрос с противоядием, которое я регулярно принимала каждую субботу.
А стоило увидеть внимательные светло-серые глаза, как весь монолог с аргументами, четко построенный у меня в голове забылся, будто я и не прогоняла его мысленно сотни раз.
Саундтрек: Give us a little love — Fallulah
“Только она одна из всех, кого я помню, смотрела мне прямо в глаза — так, словно я что-то значу.”
451 градус по Фаренгейту. Рэй Брэдбери.
Вот я вроде была взрослым человеком, а разговора боялась. Хотя он, сидит спокойный за своим столом среди кипы бумаг, а я почему-то нервничаю, когда замечаю закатанные рукава черной рубашки и убранные белые волосы в хвост. На протяжении всего вечера я едва удостоила его взглядом, а здесь мы остались наедине. Это пугало.
— Присядь, — прозвучал тихий приказ.
Мне назло захотелось застрять в дверях, но, вздохнув, я успокоилась. Сейчас я буду сама добродетель.
Когда я села в кресло напротив, и он заглянул в мои глаза, в кабинете вдруг перестало хватать воздуха.
— О чем ты хотела поговорить?
