– И вам здравствуйте! – донесся слабый голос. – Вы что-то хотели? Я вас плохо вижу – глаза залепило снегом.
Джеймс рассмеялся:
– Мне тоже… Мне нужно отыскать Диану Арнольд… Дорогу к ее комнате, любой ценой.
– Тогда вы по адресу.
Из снежного завихрения материализовалась девушка. Румяная пухленькая блондинка невысокого роста, плотно укутанная в пальто и шарф. «Совсем как матрешка», – подумал Джеймс.
– Я Салли, подруга Дианы. А вы? Как вам удалось пройти мимо нашего сурового привратника?
Джеймс пожал плечами.
– Наврал ему с три короба, – признался он и протянул девушке руку. – Джеймс Блэкуэлл. Точнее, командир авиазвена Джеймс Блэкуэлл. Хочу пригласить Диану на ужин.
Салли разинула рот.
– Ах, это вы! Вот так так! А я уже было подумала, что вы существуете только у Дианы в воображении. Она болтает о вас с самой осени, но каждый раз, когда вы должны появиться…
– …у меня всегда что-нибудь случается, – закончил Джеймс. – Я тут ни при чем, клянусь. Это все Адольф виноват. И Министерство ВВС. Ну так что, прово́дите меня, пока нас здесь совсем не засыпало?
Прищурив глаза, Салли разглядывала его сквозь метель.
– Я вас не поведу. Не стану портить такой момент. – Она указала рукой в сторону арки. – Вон там свернете налево, потом в первом коридоре еще раз налево. В Гиртоне все комнаты расположены вдоль проходов, так что не заблудетесь. Комната Дианы после второго поворота первая справа.
Она смахнула со лба и челки снежинки и шагнула вперед, впервые решительно посмотрев ему прямо в лицо.
– Вы… надежный человек, правда? – спросила Салли, осторожно подбирая слова. – Диана мне не просто подруга. Она много для меня значит. И не только для меня – для всех нас. Мы все заботимся друг о друге. Вам следует это знать. Слишком уж долго вы добирались, мистер Блэкуэлл.
Он устремил на нее спокойный, пристальный взгляд и не отводил глаз, пока она сама не отвернулась.
– Да, я надежный человек, – произнес он очень тихо, и Салли подалась вперед, чтобы расслышать его слова. – Согласен с вами, Диана… особенная. Поэтому я и приехал. Ясно?
Она немного смягчилась и вновь посмотрела на него.
– Ясно. Но предупреждаю вас, командир звена Блэкуэлл. Это Гиртон. Связываясь с одной из нас, вы действуете на свой страх и риск. Здесь уже более полувека борются за то, чтобы в вопросах права поставить женщин на один уровень с мужчинами. Нам осточертело неравенство и интеллектуальный снобизм, мы ненавидим, когда к нам относятся свысока. И хотим справедливости.
Джеймс шутливо поднял руки вверх.
– Дорогая Салли… Вы даже не представляете, сколько у нас с вами общего.
Диана рассчитывала, что Джеймс остановится у ворот и попросит привратника сообщить о его приезде. Ей даже в голову не пришло, что ему удастся проникнуть на территорию колледжа, поэтому, услышав стук в дверь, она ожидала увидеть кого-нибудь из служителей колледжа.
– Одну минутку! – крикнула она, надела пальто, шляпку и перчатки и опустила в сумочку сигареты. Затем выключила свет и распахнула дверь.
– Мисс Арнольд, я полагаю? Прошло столько времени, что я могу и не узнать.
– Боже мой! – Диана отпрянула назад в комнату. – Джеймс! Как ты здесь оказался?
– Все меня об этом спрашивают, – проворчал он. – Ты мне не рада?
Диана хихикнула:
– Конечно, рада! Просто ты застал меня врасплох, вот и все. Я рассчитывала увидеть нашего привратника с пучками волос из ушей, а вовсе не героя.
– Какой же я герой. Нет у нас героев. Если бы не газеты, никто бы и не вспомнил, что идет война. Судя по всему, господин Гитлер махнул на нас рукой.
Диана включила свет, жестом пригласила его войти и закрыла дверь. Некоторое время они молча стояли и смотрели друг на друга.
На фуражке и плечах Джеймса белел снег: в студеных коридорах колледжа снежинки даже не начали таять. Синие глаза поблескивали из-под козырька, щеки раскраснелись от холода. В его улыбке ей почудилось нечто отдаленно напоминающее триумф победителя: сердце Дианы екнуло.
Она выглядела изумительно в своем непромокаемом французском пальто с поясом и ярко-красных кожаных перчатках, отороченных мехом ботиночках и красной шляпке-колоколе. Зеленые глаза не мигая смотрели на Джеймса. Ни один из молодых людей не решался нарушить тишину.
– Что ж, – сказала наконец Диана, – ситуация немного странная, правда? Мы видели друг друга всего лишь раз, и вот ты уже в Кембридже, в моей комнате.
Он огляделся.
– В довольно уютной комнате, хочу заметить. Всю эту мебель и картины ты привезла из дома?
– В некотором роде. Папа прислал человека с фургоном.
– Хм-м, нашей офицерской комнате отдыха такого и не снилось. Действительно, даже немного странно, что в конце концов я сюда добрался. Хотя, если бы все же мне удалось приехать в Кембридж прошлой осенью, уверен, ни один из нас не увидел бы в этом ничего необычного.
С некоторой неловкостью они присели в разных углах дивана с красивой ситцевой обивкой. Диана склонила голову набок.
– Почему ты так настойчиво добивался встречи? Мы и парой слов не перекинулись в тот раз, когда ты был у нас в доме, а едва вернувшись сюда, я узнаю́, что ты звонил, чтобы пригласить меня на ужин.
