— Мы здесь для того, чтобы научиться жить в мире и дружбе, какими бы мы ни были. Научиться понимать друг друга, не смотря на все свои различия. — Начинает неспешно говорить Глин и я уже готовлюсь к длительной лекции, полной “любви к ближнему своему” во всех её различных формах. Но нет, вместо тянущейся через часы нудятины о взаимопонимании, Глин лишь осторожно, совсем несильно встряхивает небесного за плечо, на этом и заканчивая свою так и не начавшуюся лекцию. Пальцы земляного соскальзывают с чужого плеча, а затем он окидывает взглядом замерших по всей пещере дракончиков. — Занятия скоро начнутся. Вам стоит поспешить на них.
Ииии… всё? Не будет никаких наказаний, ругани, никаких требований принести извинения пострадавшему и так далее? Ведь Глин явно не слишком был “рад” услышать подобное в сторону своего детёныша и его матери. Хотя от части я могу понять его. Как-никак, он один из воспитателей Академии, он должен быть примером для окружающих. И каким он будет образцом для подражания, если начнёт самолично лупить учеников по мордасам в первый день обучения, даже не смотря на “узколобость” и “тугодумность” этих некоторых учеников? В каком-то смысле, Глин правильно поступил. Хотя я на его месте пошла бы иной дорогой, подвесив наглеца где–нибудь за хвост вниз головой.
С неким удивлением я смотрю на хмурящегося Циркона, что без былой уверенности переминается с лапы на лапу, провожая удаляющегося земляного хмурым взглядом. Неужели он настолько боится подвести свою “дорогую королеву”? Забавно это, однако. Я вот не боюсь. Мне как-то всё равно, что обо мне подумает какая-то там драконица, которая меня и в живую ни разу не видела. И даже если она услышит обо мне что–то очень плохое, из-за чего мне придётся поспешно менять место жительство, не очень-то я и расстроюсь.
Переглянувшись, мы подзываем вынырнувшую Сайду, а затем покидаем столовую, не забыв прихватить и усмехающийся, явно довольный произошедшим “белый кактус”.
***
По дороге до кабинета мы разок повернули не туда на одном из перекрёстков, выйдя в результате к очередной затопленной пещере, вода из которой утекала куда-то в неизвестность по узкому туннелю. Но наша группа отважных искателей - так сложно было повесить на стенах указатели? - быстро вернулась на исходный маршрут и вскоре добралась до просторного помещения учебного зала, занимающего собой площадь очередной пещеры.
За ширмой из тёмно зелёных листьев скрывалась ведущая вниз короткая лестница, переходящая в просторный зал, одна из стен которого была сделана не из камня, но из переплетённых лианами досок и древесных стволов, с вставками из бамбука, обвязанных подсушенными лозами. В паре мест над широкими подоконниками были распахнуты во внутрь цветные слюдяные окна, через которые в пещеру проникал свет восходящего светила. Похоже, раньше тут был выход из этой огромной горы, но Драконята Судьбы устроили маленький ремонт и перестановку. Хотя с учётом того, что в широкое окно мог бы спокойно протиснуться даже Глин, самый крупный из всех местных избранных - не то чтобы это место потеряло роль запасного выхода в случае какой-нибудь чрезвычайной ситуации.
Но окидывая сам зал оценивающим взглядом я ощутила, как невольно у меня забегали мурашки меж крыльев, собирающиеся в единый комок и спускающиеся вниз по хвосту. Это помещение слишком сильно походило на школьный класс. Каменные плиты, покрытые сверху сбитыми вместе досками, на которых стоят небольшие чернильницы и лежат стилусы, а также свёрнутые свитки, один из которых я поспешила развернуть. Чистые, для письма. Неужели нас ещё заставят вести конспекты? Почему меня не предупредили заранее о необходимости здесь учиться?
А ещё мы тут не первые. У противоположной от входа стены, за плоским камнем на небольшом возвышении, сидит Звездокрыл, чьи глаза на сей раз полностью скрываются под повязкой. Своими пальцами ночной библиотекарь осторожно прощупывает лежащую перед ним дощечку со слегка нервным выражением на своей мордашке. Чуть сбоку от него вытянулась зевающая Вещунья, изредка отвлекающуюся на различные просьбы своего слепого дружка. “Передай пожалуйста…” – начинал библиотекарь, откладывая одну табличку в сторону и нащупывая другую, протягиваемую улыбающейся ночной. Как мило. Вещунья, кстати, в свободное время что-то пишет на свитке, лишь окинув нас пристальным взглядом, да поспешив тут же что-то записать поскрипывающей палочкой на бумагу.
— Я предсказала что вы придёте пораньше. – кивает нам ночная и от этих слов мне аж тошно становится. — Проходите-проходите. Занимайте места поближе. - подманивает она нас, тут же утыкаясь своим носом обратно в свёрток, о чём-то негромко переговариваясь с улыбнувшимся Звездокрылом.
