Дальше идут строки привычной и уже всем надоевшей фикбуковской чепухи.
Оставляйте свои лайки (дабы работу увидело больше людей ( ͡° ͜ʖ ͡°) ), комментарии (которые автору всегда приятно почитать за кружечкой чая) и ждуны.
Именно ваши читательские лучи активности (главное, чтоб не “радиоактивные”) помогут автору быстрее вернуться в строй.
UPD. Автор написал черновик новой главы. Скоро сядет редактировать.
========== Глава 21. В которой мы получаем неотличимые ото лжи ответы. ==========
Ночной провидец, на поиски которого мы изначально планировали отправиться, стоит на выходе из коридора. На его шее висит серебряный кулон, практически сливающийся с одним из неровных, наползающих на грудную клетку пятен. Слегка наклонив свою морду набок, Предвестник пристально разглядывает меня, не скрывая в своих блестящих в полутьме глазах искорок презрения. Ещё и его самодовольная ухмылка, по которой у меня возникает стойкое желание врезать лапой, как обычно при нём.
Может, не так уж и плохо было, если бы Фирн подкорректировала ему морду своими коготками? Почему-то сейчас мне очень захотелось, чтобы злобная боевая сосулька была здесь, с нами. Крайне недовольная и рассерженная, готовая наброситься на этого лжеца и вытряхнуть из его головы всю дурость. Эх, ледышка, где же ты пропадаешь, когда можешь быть полезна?
Следом за короткой вспышкой раздражения проснулась подозрительность. У меня тихо заскрипели зубы, когда паранойя подкинула мне мысль о том, что весь этот поход к старому дракоманту каким-то образом мог быть подстроен Предвестником и Звёздочкой. Провидец мог всё это время следовать за нами, выжидая удобного момента для того, чтобы шагнуть из–за угла со своим дурацким вопросом.
Я бросаю короткий взгляд через плечо на Звёздочку, однако вместо ожидаемого спокойствия или скромной радости, на морде читающей мысли драконицы я вижу лишь испуг и растерянность. Не отводя напряжённого взгляда от появившегося Предвестника, она медленно отступала как можно дальше от пророка, будто пред нами возник не живой дракон, а призрак, в существование которого Звёздочка отказывалась верить. На всякий случай я несильно царапаю когтями чешуйки на своём локте. Боль настоящая, значит я не сплю. Эх, спихнуть всё происходящее вокруг на какой-нибудь из тех снов, когда ты якобы просыпаешься в привычной обстановке, было бы очень удобно!
Под моё крыло осторожно проскальзывает Тростинка. Несколько сбитая с толку сестрица переводит взгляд то на ночного, то на меня, будто бы надеясь, что я смогу объяснить ей, что здесь происходит. А мне бы самой это понять… Набрав побольше воздуха, я судорожно соображаю, о чём бы таком спросить Предвестника, чтобы сразу поставить его на место. Только я забыла об одной из раздражающих привычек провидца.
— Вопросы будут всегда, ведь каждый ответ порождает как минимум ещё один, — прижав палец к своим губам, на всю пещеру шепчет ночной, коротко кивая в сторону уснувшего Камнероя.
От такого ответа на незаданный вопрос что-то в моей голове «трескается». А затем раздаётся вытесняющий изнутри все мои мысли взрыв.
Больше не могу. Меня бесит этот дракон! Меня бесит, что он меня обманул! Меня бесит его самодовольная ухмылка и то, что он затыкает мне пасть, используя какую-то дурацкую философскую белиберду! «Оооо, вы слишком тупые, чтобы понять мой великий план», — так и читается в глазах Предвестника. ВСЁ. С меня довольно! Если здесь нет Фирн, чтобы выбить дурь из этой самодовольной ящерицы — это сделаю я. Сама, в порыве охватившей меня злости, вызванной скопившимся раздражением!
Краем сознания я понимаю, что веду себя глупо, что нельзя позволять гневу брать над собой контроль. Но что–то дикое и жестокое глубоко в моей голове толкает меня навстречу ночному. Наверное, это самые потаённые и почти забытые инстинкты — территориальный императив или какая–нибудь другая черта, характерная для беспощадного хищника, коими когда–то были ещё дикие драконы. Забавно, что за всей своей «цивилизованностью» мы практически забыли о своей природе… Или же эта животная ярость ожила во мне по другим причинам?
Оскалив свои клыки, я бросаюсь с места в сторону Предвестника. Тростинка, оставшаяся позади, что-то обеспокоенно выкрикивает, но я её не слышу. Вот он — довольно ухмыляющийся и не спускающий с меня взгляда чужак. Оттолкнувшись задними лапами от пола, я прыгаю вперёд, расправив свои крылья и вытянув перед собой когти.
Ухмылка на морде предвестника плавно переходит в добродушную демонстрацию клыков, а затем ночной слегка наклоняет морду набок и прикрывает свой левый глаз. Обманчивая расслабленность, которой я в порыве ярости не придаю никакого значения. И только в последний момент, когда я практически была готова впиться клыками в его крыло, провидец сместился. Припав на своих лапах, ночной дракон проскочил сбоку от меня. Хлёсткий удар хвостом пришёлся мне в живот, сбивая дыхание. Впрочем, вспышка боли лишь подкармливает мой пылающий гнев.
