Ну уж нет, мне такого счастья не надо. Мне и Предвестника с его предсказаньями и ложью хватает, ещё не хватало слушать явно находящуюся не в себе морскую, слегка скалящую свои острые клыки, придавая себе ещё больше сходства с готовой набросится в любой момент глубоководной хищницей. Бррр, что–то в ней есть жуткое, неестественное. Как она говорит, как смотрит на меня с презрением, как замерла практически без движения. Мне это очень не нравится. Ещё этот вонючий дым…
— Нет. Спасибо, не надо, — отвечаю я, после мотнув головой в попытке прогнать особо неуместные, вязкие мысли. — Мы лучше пойдём. Нас, наверное, заждались. Да и денег нет.
Толкнув лапой в бок стоящего истуканом Каракурта, я делаю медленный шаг вперёд, заодно Тростинку пальцами крыла за собой дёрнула, пока моя сестричка глазела с непониманием на эту морскую, жадно втягивая носом воздух.
— О нет, с вас я ничего не возьму, да, — негромко шипит сквозь клыки драконица, преграждая мне путь своим вытянутым крылом, на мембране которого я замечаю рисунки. Но не естественные гладкие узоры, как у Сайды, а будто татуировки, изображающие сливающиеся с тёмной мембраной чёрные звёзды. Мне даже показалось, что они двигались, складываясь в иные картинки или вспыхивая чёрным, слепящим светом. Так… это ненормально. Особенно с учётом того, что я не могу оторвать взгляда от крыла, любуясь выведенными на нём рисунками. — Вы же держите путь в Ледяное Королевство? Я видела вас, да. Вас ждут необычные встречи.
Очередной глухой смешок, почему-то напоминающий мне треск костей, срывается с её языка, и драконица осторожно прикасается своим холодным пальцем крыла к моему носу, тут же отдёрнув его, когда я щёлкаю челюстями и срываюсь на грозное нехорошее шипение. Мне это очень не нравится. Однако, с этим мне очень интересно. Откуда она знает, куда мы держим путь? Она нас видела? Она знает о нас? Может, следила? Почему она к нам вообще пристала? Эта морская — полукровка? Не знаю, как это работает, но могут ли ночные передавать гибридам свои способности? Вроде да, Мракокрад же был не только дракомантом. Ох, может, стоит всё-таки стоит проскользнуть мимо? Или… Не знаю… Это же возможность поймать на очередной несостыковке Предвестника! Стоп…
— Они изменят вас, да. Встречи с собственными обидой и гневом. — Взгляд холодный глаз этой морской проскальзывает по замершему Каракурту, а потом переходит на меня и вжавшуюся под моё крыло Тростинку. — И страхом незнания, да. Я могу дать ответы. Ответы, которые не даст вам ночной. Да, идёмте со мной.
Она знает о Предвестнике? Я с неверием и шоком смотрю на возвращающуюся к своему шару морскую, неуверенно переглядываясь с мрачным Каракуртом. Видимо песчаного обуревали схожие со мной мысли. Или другие мысли? Откуда я вообще могу знать, о чём он думает… Стоп, успокойся. Дыши ровно, Водомерка, даже несмотря на то, что густой дым уже стелется по всей площади. Думай логично, Водомерка. А вдруг эта морская и правда расскажет нам что-то ценное? Или попытается обмануть, запутав ещё сильнее? А может, она знакомая Холода? Одна из Когтей Мира, которую ледяной попросил присмотреться к нам? Я сглатываю и жалею, что со мной сейчас нет чёрного камня, защищающего от чтения мыслей. Кто знает, на что эта драконица ещё способна.
— Идёмте, шар расскажет. Он видит всё, да, — зазывает нас морская, повесив свой чадящий кулон на небольшую жёрдочку и пристраиваясь перед шаром. Её пальцы прикасаются к стеклянной сфере, а когти выбивают резонирующий у меня в голове звон.
— Мне это очень не нравится, — шёпотом я делюсь своими опасениями с Каракуртом и Тростинкой.
— Мне тоже, — с коротким кивком отвечает Каракурт, а затем делает несколько шагов к морской, на ходу обернув к нам морду. — Но мы должны проверить.
— Пф, — раздражённо фыркаю я, окидывая взглядом площадь в поисках Холода и остальных драконят, но среди гуляющих по задымлённой площади драконов я не вижу знакомых цветов.
— Ты храбр, маленький воин. Храбр и отважен, да, — благосклонно кивает не отрывающая своего взгляда от глубин шара драконица, то и дело оглаживая сферу. Глухой смешок вырывается из меня, когда я смотрю на это. Предвестнику ведь никакие сторонние предметы для его «гаданий» не нужны были. Может, это и правда безобидное представление? Надо всё-таки посмотреть. Интересно ведь. — Шар видит твою историю. Шар рассказывает о ней, да. О твоей битве. О твоей боли. О твоём поражении. О твоей потере. Он знает то, о чём остальные решаются говорить лишь шёпотом, да. Ты слышишь его зов, слышишь, как он шепчет твоё имя?
«Она точно безумна», – чуть морщусь я, почувствовав, как из под моего крыла выскальзывает Тростинка и направляется к усевшемуся напротив морской песчаному. И мне ведь ничего не остаётся, кроме как нервно направиться следом, ловя каждое слово этой склонившейся над сферой гадалки.
— Шар говорит, что я должна бросить кости, да, — неожиданно изрекает драконица, выхватывая из под столика небольшой мешочек, из которого в её лапу высыпаются слегка вытянутые косточки.
— Что это? — испуганно ойкнув, спрашивает Тростинка.
