Однако вместе с радостью я чувствую и некое беспокойство. Ещё два яйца. Взглянув на них, я ощущаю неожиданную грусть и боль.
Скорлупа одного из них у основания неестественно чёрная, на ней растут небольшие белые клочки, напоминающие мне плесень. Лишь одного короткого взгляда хватает, чтобы понять, что братик или сестричка внутри никогда не откроет свои глаза. Какой кошмар! Куда смотрели родители? Почему отец и мать не вмешались? Из моей пасти вырывается яростное и в тоже время обиженное рычание.
А второе из не проклюнувшихся яиц… Такое чувство, что его кто-то раздавил. Или сломал скорлупу. От одного беглого взгляда на мешанину из скорлупы и… Нет, не могу об этом даже думать, меня сейчас вырвет.
Я спешу отвести взгляд в сторону. Хранитель понимающе приобнимает меня крылом, закрывая этот ужасный вид от остальной семьи. Я осторожно прижимаюсь к нему, прикрывая глаза и чувствуя, как резко уходит большая часть печали и грусти. Родителям я точно откручу рога! Куда они смотрели, почему не защитили, что с ними не так?
Нужно отвлечься от этих мыслей. И для начала понять, кто я. Мы потихоньку собираемся в один большой переливающийся различными оттенками зелёного круг, пока я старательно пытаюсь определить, какой же у меня пол. Не поверите, но эта мысль полностью овладела мной в этот момент! А как это понять? Я вот и размышляю над этим, вместе со своей семьёй сгрудившись в одну большую, дружную, шипящую кучку. Все вместе мы принялись греться друг об друга.
Это даже по-своему хорошо…
========== Глава 2. В которой мне дали имя. И я им не доволен. ==========
Итак, мы дрыхли. Нет, конечно, сначала мы друг друга почистили, привели собственные чешуйки в порядок. Самая красивая чешуя у моей маленькой сестрички! Она не такая тёмно-зелёная, как, допустим, у меня или Хранителя, и не слишком яркая, как у второй сестры и брата. Скорее, изумрудная, с небольшими коричневатыми прожилками по своим краям. Уже сейчас очень люблю эту маленькую и добрую драконицу, и уже сейчас хочу беречь её как зеницу ока…
Дурацкие инстинкты. Уже бесят меня. С чего я вообще должен что-то испытывать по отношению к неизвестным мне драконам?! Даже не людям! Интересно, мы вообще разумные? Говорить можем? Я вот пока могу только громко и возмущенно попискивать, привлекая к себе внимание Хранителя, что накрыл… ну, попытался нас всех накрыть своими маленькими крылышками, делясь теплом. Стук его сердца отдается лёгкой колыбельной, и я погружаюсь в очередной виток задумчивости, не замечая, как медленно и неспешно скатываюсь в дрёму, переходящую в необычайно яркий сон. Приятный, что самое удивительное, сон. Только я его, как обычно, забыл, а поэтому ничего рассказать вам не смогу.
Разбудил меня предупреждающий рык Хранителя. Этот отважный дракончик поднялся на лапках, скаля свои крохотные клычки и размахивая крылышками, будто бы пытаясь отогнать нависшую над нами угрозу. «Кто может так напугать дракона?» — с ноткой ужаса думаю я, приподнимая свою мордочку и силясь продрать глаза, подхватывая рычание своего брата да расталкивая остальных драконят. Вот только, увидев причину его гнева, я тут же и затыкаюсь. Над нами склонился огромный, судя по всему взрослый, дракон, загораживая своей тушей свет. «Мама или папа?» — растерянно думаю я, всматриваясь в столь непохожую на нашу коричневую чешую.
Незнакомец проходится по нам взглядом, складывая за спиной крылья. Его тело покрыто узором шрамов и царапин. Крупные пластинки светло-коричневой чешуи наползают друг на друга, а грудную клетку прикрывает серо–бежевая кожа. Тёмные, зелёные глаза без особого интереса изучают нас.
Знаете, этот здоровяк, который мог бы спокойно сжать меня в своей лапе, не очень-то похож на маму… или папу. Но это точно «он». Не представляю, откуда взялась эта уверенность, но я просто знаю, что это «он». Похоже, единственное, в чём я не уверен — в своём собственном поле. Ха. Ха. Ха… На самом деле не смешно, это просто рвётся наружу нервное напряжение.
Пока он рассматривает нас, Хранитель самую малость успокаивается, а я замечаю на теле незнакомого гиганта несколько больших сумок и мешочков. Он… вор? Незнакомец тянет свою лапу к Хранителю, а маленький дракончик, недолго думая, яростно бросается на чужие пальцы, попытавшись вцепиться в грубую чешую своими крохотными клычками, защищая нас всех. Я вскакиваю на лапы, вместе с братьями и сёстрами испуганно пища. Мы готовы в любую минуту броситься на незнакомца, обратив на него свою… ярость? Наверное. Ярость драконят, на секундочку! Что я делаю?.. Стою и трясусь, вместо того чтобы броситься наутёк и спрятаться. Но я не могу бросить своих братьев и сестёр на произвол судьбы!
Вот только, к моей радости, не знаю, что уж там думаю остальные, незнакомый дракон улыбается. Он успокаивающе шипит, усаживаясь на краю гнезда и проходясь коготком по спинке Хранителя, пытающегося прогрызть чужие огрубевшие чешуйки.
— Тише, я не причиню вам зла, — громко шепчет чужак, и я, видя, как он продолжает гладить нашего хранителя по спине, слегка расслабляюсь.
