А пока Глин принимает из лап самого воодушевлённого из всей нашей болотной братии дракончика свитки, я разглядываю невольного “товарища” по списку грызекрылов, выскользнувшего из под крыла своего, по-видимому, отца. Примерно одного возраста с Бекасом, мрачный и не решающийся к нам приблизиться. Хотя, увидев недовольный оскал Аспида, я бы тоже не решилась подходить на его месте. Чешуя вдоль спины красно-медная, переходящая в рыжие пластинки на боках. Оранжевая мембрана крыльев, покрытая узором из жёлтых полос, напоминающих ветвящуюся молнию. Насыщенная голубая радужка. Несмотря на общую комплекцию, схожую с нами, он выглядит так, будто его давно не кормили. Вытянутая мордашка, более тонкая шея, плечи чуть уже, но при этом мощные крылья, сложенные сейчас за спиной.
Тростинка протягивает к незнакомцу свою ладонь, подобравшись к нему с боку.
— Не трогай меня! — пищит он, отшатываясь в сторону от моей сестрицы и втягивая свою мордашку в плечи. Взглядом затравленного зверя он озирается по сторонам, выискивая стоящую в отдалении и хмурящуюся огненно-рыжую небесную, тут же бросившись к ней и спрятавшись у неё под крылом. Чего это он? Болотом от нас вроде не разит, грязи на когтях не видно. Да и слова плохого никто ему не сказал. На удивлённый взгляд своей сестрицы я отвечаю лишь пожиманием своих плечей. Может, у него фобия прикосновений? Если такая вообще есть.
Я чуть хмурюсь, укрывая подавшуюся ко мне сестрицу крылышком и прижимая её к себе, вместе с этим переводя взгляд на уже столпившихся в стороне преподавателей. Интересно, с кем мне предстоит прожить эти два года? Смогу ли я терпеть своих сокурсников? Мой взгляд проскальзывает по группе ночных и радужных. Вот кому уж точно повезло. Похоже, они неплохо уживаются уже сейчас. Держатся одной стайкой в десять тушек, переглядываясь и перешёптываясь. Сгрудились вокруг пастельно-розовой драконицы и пятнистого ночного, чьи чешуйки особо ярко поблескивают под лунным лучами. Всегда рядом будет тот, на кого можно опереться в тяжёлый для себя момент. А остальные дракончики? Додумать я не успеваю.
— Внимание! — машет Солнышко несколькими свитками над своей головой, вновь привлекая к себе пристальные и напряжённые взгляды собравшихся. — Мы всё решили. И сейчас огласим списки учащихся по крылышкам. А после, вас всех ждёт праздничный ужин, на котором вы сможете узнать друг друга поближе, и заселение в пещеры!
Ну, хоть что-то хорошее за сегодня. Ужин и сон. Только вот не слишком ли быстро старшие решили, кто с кем будет учиться? Это что там за информация такая в этих свитках? Полное психологическое досье, составленное специальным драконом, следящим за потенциальным учеником в течение одного года? К чему эта спешка?
— Мы будем называть вас по именам, а вы выходите вперёд, — продолжает улыбнувшаяся Солнышко.
И началась церемония торжественного распределения. “Золотое крылышко!” — неожиданно командным голосом выкрикивает Цунами, а Солнышко подзывает дракончиков, выдерживая короткую, но напряжённую паузу перед каждым именем. Не лучше ли было придумать какие-нибудь списки и повесить у входа в учебные залы? Хотя куда мне, надмозгу, у нас ведь тут школа магии… Магии товарищеских уз. Первым уходит Бекас, бросившись со всех лап к своим новым товарищам, провожаемый чуть грустным взглядом Аспида.
— Серебряное крылышко! — выкрикивает Цунами, когда распределение в первый отряд обречённых дружить оканчивается и дракончики отходят в сторону, играя друг с другом в пристальные гляделки. И во что я только ввязалась, дав согласие Веретеннику?
— Каракурт! — выкрикивает имя Солнышко. И один из песчаных дракончиков подаётся к ней навстречу, отделяясь от толпы своих собратьев, щеголяя несколькими длинными шрамами, идущими по шее. — Сайда!
Следом выскакивает из воды и спешит к первому дракончику морская драконица, чьи бледно-зелёные чешуйки отдают блеском голубых светящихся полос на её теле.
— Циркон! — И тут же вскакивает на лапы тёмно-красный небесный, стряхивая со своих плеч пылинки, и с гордо задранной мордочкой приближается к складывающемуся “крылышку”. Кто следующий?
— Водомерка! — громко выкрикивает Солнышко.
И я замираю в недоумении и неверии. А не рано ли меня вызывают? Да и разве это подходящие мне товарищи? Гордо усмехающийся небесный, мрачноватый песчаный, который будто при первой возможности начнёт задавать повторяющийся из раза в раз вопрос: “Хочешь знать, откуда у меня эти шрамы?”. И самую малость крупнее меня морская. Будто нас подбирали по размерам. Два средних дракончика, два маленьких…
— Иди, тебя ждут, — несильно сдавливает моё плечо клычками Тростинка, подталкивая меня навстречу своим новым “товарищам”, которых теперь я получаю возможность поразглядывать с более близкого расстояния.
— Фирн! — продолжает выкрикивать Солнышко.
