Собеседники сидели в квартире Крайслеров, расположенной вплотную к жилью семейства Дэмонов. Комнаты, в которых сейчас спали их дети, разделяла стена толщиной не более дюйма. Они только что отведали яичницу с гренками, приготовленную на горячем металлическом листе, который Томми держала в комоде, покрытом изношенной мексиканской шалью. Сегодня они побывали на гарнизонном танцевальном вечере, испытали все прелести этого форума, пили безвредный пунш, болтали с другими офицерами и их женами. Начальник гарнизона, к счастью, ушел рано, и они, получив возможность беспрепятственно добавлять в напиток спиртное, неистово и долго танцевали. И вот теперь они вернулись в свой домик на две семьи и коротали время, которое Томми в шутку называла «час правды без последствий». Мужчины сбросили свои рубашки, а женщины — туфли на каблуках. Бен вытащил откуда-то бутылку без этикетки, наполненную мутной жидкостью, которая пахла жжеными хвойными иглами. Он клялся и божился, что это чистейший джин. Медленно потягивая его, они весь вечер без всякой пели мило болтали о том, что приходило каждому в голову. Для Сэма это было самое лучшее время недели — он любил такие субботние вечера, любил сидеть, ни о чем не думая, прислушиваясь к тому, как оживленно обмениваются «любезностями» Томми и Бен.
— Папа знал Маршалла по службе на Паланмангао, когда они оба были всего младшими лейтенантами, — сказала Томми. — Помнится, он рассказывал интересную историю: Маршалл вел какое-то патрульное подразделение в джунглях, и они переходили реку вброд. Неожиданно рядом с ними послышался звучный всплеск и кто-то закричал: «Берегись! Полосатые крокодилы!» Солдаты в панике бросились назад; обезумев от страха, они свалили Маршалла, который пытался остановить их, и буквально втоптали его в грязь. Он встал, выбрался на берег, построил солдат, скомандовал им: «На плечо!» — и направил строевым шагом через реку. На другом берегу он произвел осмотр оружия и повел патруль дальше. Солдаты так никогда и не услышали от него ни одного слова по поводу их трусливого бегства.
— Представляю себе, — сказал Бен сквозь смех. — Олимпийское спокойствие. Необыкновенная способность контролировать свои чувства. — Он потер пальцами свой большой нос. — Это любопытная проблема. Как в этом случае поступили бы вы, Сэм? — Я выскочил бы из воды футов на пять — десять впереди ближайшего ко мне солдата. Никакой крокодил не угнался бы за моими пятками.
— Трудно представить себе, правда?! — воскликнула Мардж, прищурив свои большие карие глаза. — Полковник Маршалл — всего-навсего второй лейтенант и весь измазан грязью!
— Так вот, девочки, — весело заметил Дэмон, — нам есть на что надеяться. Когда-нибудь и мы станем полковниками, будем командовать пехотной школой, учить всех мудрости и передавать свой опыт.
— Ничтожные шансы, — сказал неожиданно помрачневший Бен. — Скорее нам придется сидеть под дождем в джунглях на каком-нибудь Миндоро.
— О нет, не хочу больше тропиков, — запротестовала Мардж. — Неужели мы не можем хоть на какое-то время расстаться с джунглями? Честное слово, — повернулась она к Томми, — вы бы только посмотрели на наш дом там, в Гэйлларде. Он весь окутан ползучими растениями и колючками, веранда осела и развалилась, но стенам бегают ящерицы…
— О, я тоже насмотрелась на них, — сочувственно заметила Томми.
— А вы знаете, друзья, чего я жду с нетерпением? — вдруг спросил Бен. Его простоватое лицо исказилось иронической гримасой, выражающей обиду и возмущение. — Я жду того золотого дня, когда подросший Джои окончит Вест-Пойнт и мы оба в звании лейтенанта будем служить в одной и той же роте! Представляете, как это растрогает всех?
— Не унывай, друг, — подбодрил его Сэм. — Возьми меня, например. Может статься так, что мне всей моей жизни не хватит, чтобы дослужиться до звания, которое я имел в девятнадцатом.
— Вы оба хороши, вам нравится это, — возмущенно заметила Томми. — Оба неисправимые романтики, мазохисты. Вам дорога каждая минута службы, иначе вы давно бы отказались от этой идиотской игры…
Бен возбужденно почесал голову:
— А ты знаешь, Сэм, может быть, она и права? В самом деле, почему мы так привязались к армии?
Дэмон поставил стакан и улыбнулся. Бен положительно правился ему. Первым офицером-слушателем, которого он и Томми увидели, когда прибыли в пехотную школу, был именно Бен. Стоя в красной пыли на коленях, сопя и чертыхаясь, он пытался починить расшатанную детскую коляску с желтым плетеным кузовком. Дэмон и Бен пришли от неожиданной встречи в дикий восторг, оба восприняли этот случай как величайшее счастье. А когда они узнали к тому же, что будут жить в одном домике, Дэмон решил, что ему покровительствует сама судьба.
