— Вот, на, — предложил Дэмон, протягивая ему фляжку. Брэнд благодарно кивнул, прижал наполненный до краев металлический сосуд к губам и почувствовал, как прохладная жидкость течет в рот, в глотку, медленно, равными порциями попадает в желудок. Вода из корабельных цистерн; теперь им не скоро удастся попить такую воду. Брэнд возвратил фляжку генералу, тот тоже сделал несколько глотков и сказал:
— Ну и здорово же нам досталось.
— Да, действительно, досталось, генерал… — Никогда в жизни Брэнд не чувствовал себя таким обессиленным. Ему казалось, будто из него выпустили весь его пыл и решимость, до последней капли, как кровь из того вон японского танкиста; она все еще обильно струилась по бронированному борту, заливая нарисованный на стали номер.
— Ей-богу, генерал, — вяло пробормотал Брэнд, — не хотелось бы мне пережить еще хоть один такой день.
— Мне тоже, Джо, — ответил Дэмон.
Брэнд с изумлением обнаружил, что руки у генерала трясутся так, что он с трудом завинтил пробку фляжки.
Капитан Баучер дал сигнал: слегка помахал вытянутой вперед левой рукой, как бы похлопывая ею по воздуху; Один из солдат, пригнувшихся за гребнем скалы у обрыва, перебежал на несколько шагов вперед. Сержант Джексон, автомат которого лежал на каменном барьере в готовности, сказал что-то Баучеру, но так тихо, что Притчард ничего не мог разобрать. Он вытер рукой потное лицо. Гребень скалы уходил от них в обе стороны по такой правильной кривой линии, что создавалось впечатление, будто это театр на открытом воздухе, а сценой являются несколько небольших холмиков в середине. Ярусы театра и сцена были сложены из ослепительно белого камня, а в воздухе стояла густая пыль. В нескольких местах скалы ощетинились колючими кустами, похожими на низкорослые, чахлые деревья. «Соляные кони» — так назвали солдаты это место. Почти все сидели, скорчившись за каменными гребнями и кучами камней, и внимательно всматривались вверх на отвесный обрыв, который был усеян дырами, похожими на уродливые черные пасти. Некоторое время единственным слышимым звуком было громыхание пятидесятипятигаллонных топливных бочек, перекатываемых по платформе бронетранспортера.
— Зверье, — сказал высокий солдат по фамилии Лаббок. — Все они зверье. Роют норы в земле и сидят в них. Их, наверное, хлебом не корми, а дай поработать киркомотыгой.
— А эта горная порода довольно мягкая, — заметил звонким голосом Брайс. — Известняк, содержащий кальций. Ты можешь запросто отколупнуть ее ногтем.
— В самом деле, Брайс? — спросил Притчард и бросил беглый взгляд на выветренную, усеянную трещинами поверхность белой скалы. Никто не шевелился, кроме подразделения саперов, которые спускали бочки на землю через задний откидной борт небольшой машины и осторожно катили их по камням.
— Эта порода очень пористая, — продолжал Брайс; капельки пота на копчике подбородка делали его лицо еще более худым и придавали парню вид ученого. — Вся скала, наверное, изрезана сложной системой камер и галерей.
— А ты не заливаешь, Брайс? — спросил Кораццо, который стоял на одном колене с другой стороны от Лаббока.
— Конечно, нет. Существуют целые племена, которые до сих пор живут как троглодиты.
— Как кто?
— Как обитатели пещер. Наши предки тоже жили в пещерах.
— Не спускайте глаз с этих пещер, — напомнил им сержант Джексон.
Кораццо бросил на Брайса насмешливый взгляд.
— Могу сказать тебе: мол предки ни в каких пещерах не жили.
— Нет, жили. Если только не обитали на озерах. Но это менее вероятно.
Рэндолл, корреспондент агентства Ассошиэйтед Пресс, громко рассмеялся.
— Оказывается, вы у нас солдат-интеллигент, да? — спросил он Брайса. У корреспондента приятное круглое лицо, очки без оправы; он вытянул шею, чтобы поверх головы Притчарда бросить взгляд на Брайса. — Где вам удалось получить такое блестящее образование?
Брайс неприветливо посмотрел на него, затем перевел взгляд вверх, на скалы.
— Я прошел полный курс средней школы, — сухо ответил он. — Вас это удивляет?
Лаббок фыркнул и смахнул рукавом пот с лица.
— Так, так, Брайс, дай ему по мозгам… Вы еще не знаете, какой Брайс у нас ученый… Если бы об этом знали в Вашингтоне, он сидел бы сейчас на месте самого Маршалла…
— Я кому сказал, прекратить эту дурацкую болтовню и наблюдать за пещерами! — резко оборвал их Джексон, и они замолчали.
