– Это мое собственное стихотворение, я сочинил его сам. – Гордость Джейка была задета. – Это одновременно и стишок, и штука.
– Ладно, давай выкладывай, – сказал Макс.
Джейк не нуждался в дальнейших приглашениях. Он прочитал, размахивая руками:
Джейк с тревогой ожидал нашего мнения.
– Неплохо, если ты сочинил это сам.
– Честное слово, сам, – серьезно сказал Проныра.
– Ладно, Джейк, ты же знаешь, что все, что у тебя есть, ты украл у других, включая и свои стихи.
Макси вытащил из кармана бумажник, отделил от пачки три сотенных банкнота и дал каждому из ребят Джейка по купюре.
– Это предварительный гонорар, парни, – сказал он.
Они с радостью взяли деньги.
Джейк произнес, сияя улыбкой до ушей:
– Спасибо, Макс, это очень кстати. Кошелек у меня стал плоский, как шлюха без грудей. В чем дело? Что-то наклевывается?
– Вы слышали про Натча Шейлока?
– Знаем мы этого ублюдка. Он дерьмо, – ответил Джейк. – Один из тех парней, которые насвистят тебе с три короба, а сами только и думают, как тебя поиметь. Я как-то раз пытался одолжить у него немного зелени. Он сказал, что у него ни гроша. Он, видишь ли, не имеет дело с жуликами, только с честными людьми. А мошна у самого тугая, как задница толстухи в слаксах.
– Точно, – вставил Труба, – от него воняет. Мы его знаем. Он собственную мать продаст за батончик «Херши».
– С орехами или без? – спросил Косой.
– За грош удавится, – добавил Гу-Гу.
– Ладно, ладно, хватит, – сказал Макс. – Вы, ребята, умеете дать хорошую рекомендацию. Замечательно. Теперь слушайте. Натчи скоро с вами свяжется. Он знает, где ты обитаешь, Джейк?
– Все знают, что Джейка Проныру можно найти на Брум-стрит, – с гордостью ответил он. – А что случилось?
Макси объяснил:
– Натч думает, что вы, парни, дали Мойши, поставщику одежды, бриллиант весом в две штуки, потому что у него проблемы и он твой друг. Слушайте дальше. Натч считает, что вы только что провернули ограбление. Взяли камешков на сотню штук и хотите поскорее спустить товар. Ясно?
Проныра выглядел сбитым с толку.
– Да, но в чем фокус?
– Фокус вот в чем. – Макс навалился грудью на стол. – Труба подсунет Натчи фальшивку, ясно? Я финансирую все дело.
Джейк Проныра довольно рассмеялся и похлопал Трубу по спине:
– Наш Труба – такой ловкач, ему сам бог велел надуть Натчи. Сколько запросить с него за камни?
– Двадцать штук, – ответил Макси.
– Мне не терпится увидеть, какая физиономия будет у Натчи, когда он разберется, что ему подсунули за двадцать штук, – засмеялся Труба.
– Когда Натчи с вами свяжется, отправляйтесь прямо сюда, и я дам вам все, что нужно, – проинструктировал Макси.
Пропустив еще несколько стаканчиков, они удалились в приподнятом настроении.
Мы поехали к Луиджи и заказали себе отличный итальянский обед.
Пока мы ели, появился мальчишка со свежими газетами. Макс купил одну. Мы нашли в ней всю историю. Непонятно было, почему она появилась с запозданием на день. «ДЕРЗКОЕ ОГРАБЛЕНИЕ ЮВЕЛИРА СРЕДИ БЕЛА ДНЯ». В статье говорилось, что украли бриллианты на сто пятьдесят тысяч долларов и что в ограблении участвовало семь человек в масках, причем у каждого был автомат, и уехали они на двух больших машинах.
Я с улыбкой сказал:
– Типичная версия свидетелей. Наверное, теперь они будут искать банду, на которую можно навесить это ограбление. А таких хоть пруд пруди.
Патси засмеялся.
– Наверное, это будет кто-то, кого мы знаем?
– Вряд ли, – насмешливо ответил Макс. – Не можем же мы знать каждого дешевого воришку.
На следующее утро, когда Мо готовил на завтрак ветчину с яйцами вместе с горячими рогаликами от Ратнера, к нам с оживленным видом вошли Джейк Проныра, Труба и Гу-Гу.
– Все в порядке, – сказал Джейк. – Натчи на нас вышел. После того как в газетах появилась эта история, он купился с потрохами.
– Еще бы, особенно когда он насмотрелся на тот камешек, который дал ему Мойши, а я сказал ему, что у нас таких целый мешок и мы спустим ему все за двадцать штук, – улыбнулся Труба. – Он хочет, чтобы сделка состоялась в одной квартире на Пятьдесят первой улице в восемь часов вечера. Это подойдет, Макс?
– Вполне, – ответил тот с набитым ветчиной и яйцами ртом. – Не хотите чего-нибудь поесть, ребята?
– О да, кошерную ветчину. По утрам это мое самое любимое блюдо, – ответил Джейк.
Парни сели с нами за стол. Мо нарезал еще ветчины и поджарил ее на сковороде.
Мы запили завтрак двойным виски. Макс угостил каждого «Короной».
Когда мы закурили, он сказал:
– Косой, поезжай к ювелиру Сэмми на Гранд-стрит и скажи ему, что мне нужны полсотни крупных цирконов, и еще он должен дать тебе два абсолютно одинаковых холщовых мешочка с завязками. Не забудь, их должно быть два. Кроме того, захвати бумажных салфеток. Тебе ясно? Ты все понял?
– Да, да, я все понял, – проворчал Косой и вышел, пыхтя сигарой.
Макси повернулся к Патси и протянул ему ключ:
