–
–
–
Он оставил Брокка в лёгком состоянии шока и удивления, однако юноша старался не подавать виду.
Алекс, пытаясь проявить инициативу, странными путями старался помочь дяде в поисках предателей. Хотя сам Рэй и не просил об этом племянника, но Алекс решил внести свой вклад в надвигающуюся войну. Пользоваться такой прямолинейной тактикой, как с Брокком, можно было не всегда, на с ним это сработало, ведь он совершенно не умел врать.
Тут пути героев должны были разойтись. Так и произошло: оскорблённый расспросами Алекса ушёл в сторону трактира. А младший герцог Калле с враждебным и обиженным видом отправился в подвал, чтобы просто посмотреть в глаза жестокому и мелочному человеку по имени Эдриан Дали…
Все дневные приготовления к вечернему балу, проводимые рыцарской академией правого берега Нестры, были наконец завершены. Благодаря педантизму Кларис, зал был ослепительно прекрасен: по краям его были расставлены небольшие резные столики из красного дерева на 4 персоны каждый, аккуратно развешан и подобран шелковой небесно–голубой лентой был тончайший белый тюль, словно созданный пауком-мастером высшего разряда. Под высоким потолком красовались 4 свечные люстры, по форме напоминающие цветущие лилии. Эти люстры, к слову, Джексон Найт лично привёз из Ворда. Этого мучительного путешествия он никогда не забудет. Пол был отполирован до такой степени, что в нем можно было увидеть собственное отражение, которое сегодня понравилось бы каждому из смотрящих. В общем, зал был подготовлен по высшему классу, и не случайно: сегодня Рыцарская академия Нестры принимала важных гостей -королевскую свиту. Вечер обещал был захватывающим: в жестоком поединке в хрустальном бальном зале должны были сойтись предводитель двух противоборствующих лагерей – магов и людей – новоиспеченный король Джеймс и Джексон Найт.
В коридорах академии не было ни души, все были заняты выборами нарядов для торжества. Несмотря на вчерашние и сегодняшние события все преподаватели и ученики академии должны были присутствовать на балу, и мало было просто явиться туда, необходимо было выглядеть так, будто ты идёшь под венец. Честно говоря, никто и не мог пропустить такого масштаба торжество. Поэтому немного искалеченные Джо, Ромул и Арно, скрепя костями, словно столетние старцы, наряжались вместе со всеми. В лазарете осталась только бедная Бригитта, которая не столько чувствовала себя плохо, сколько боялась встречи с обозлённым мужем.
Совсем стемнело, когда в крепость, как горошины, которые просыпала на пол старая кухарка, покатились разноцветные экипажи. Из них выходили однотипно красивые люди: безбородые мужчины с короткими волосами и длинными одеждами и худые до неприличия женщины в драгоценных камнях. Первой и, разумеется, самой яркой парой были король Джеймс и его новая пассия, младшая сестра его ближайшего советника, невинный прекрасный цветок. Это милейшее создание даже и представить не могло, на что её обрекает король своей милостью сопроводить его на бал. Они медленно вышли из экипажа, одаряя всех нищих и ущербных людей своим благолепным вниманием. За ними тянулась бесконечная череда цветастых нарядов и украшений, от которых у привратников начало рябить в глазах и свистеть в ушах. Люди постепенно заполняли бальный зал.
Маги же (не без принудительной рекомендации Кларис Ларан) немного припоздали, дабы продемонстрировать важность собственного присутствия. Они стали появляться, когда королевская свита уже заскучала.
Открывали великое шествие магов, конечно же, главы совета с семьями. Самой первой из мутного коридора в ослепительный хрустальный зал шествовала гордая Кларис, которая не могла не перетянуть на себя внимание всего зала. Она шла непринуждённо-гордо, всем своим существом демонстрируя превосходство над присутствующими там, хотя она имела на это полное право…
Она была одета в синее бархатное платье, которое безукоризненно сидело на перегибистой фигуре женщины. Её полуоткрытую грудь украшали бусы из крупного янтаря, а благородную седую косу – янтарная тиара, которая светилась, как солнце, под цветочной люстрой. Яссон выглядел под стать матери, по крайней мере, ей так казалось: он был в модном чёрном шёлковом фраке из, который ему сильно натирал и в котором мальчику явно было непривычно и некомфортно. Однако он мужественно не подавал виду и старался идти красиво, как королевские гвардейцы, за которыми он подсматривал из окна материнской спальни во время всеобщего сбора.
