Тот поднес к стене доску с набивками, уже использованную ранее, поднялся по ней и спрыгнул во двор усадьбы.
Радиостанция Галдина тут же сработала сигналом вызова.
— Верба, я Ольха.
— Да.
— Обстановка спокойная, входите.
Офицеры один за другим оказались между вторым гостевым домом и хозяйственными постройками. Они прошли к аллее, сканируя местность.
Участковый смотрел на второй и третий этажи.
— Все спокойно, — доложил он.
— Кто-то есть с тыла здания. Это может быть Гвоздь, — проговорил Валиев.
— Разрешите мне заняться им? — подал голос Борисов.
— Давай. Разберись с этим мерзавцем, — сказал Галдин. — Но без излишеств, Миша. Больничная койка, это еще куда ни шло, но не более.
— Разберусь, командир.
— Погоди-ка! — Галдин по сотовому телефону набрал номер девушки. — Лена, это Вадим!
— Слушаю. Вы где?
— В поместье. Открой, пожалуйста, дверь внутренней лестницы и поднимись в правую комнату своей тюрьмы. Султану подай команду охранять.
— Я уже побежала.
— Только без ненужного шума.
— Да, конечно.
По радиостанции Галдин вызвал Старкова.
— «Ноль-ноль три». Рысь, я Верба.
— «Ноль-ноль три». Рысь отвечает.
— Мы на территории.
— Обстановка?
— Спокойная, но замечено движение с тыла здания. Туда выслан Береза.
— Там Гвоздь?
— Да больше вроде и некому.
— Добро, выдвигайся, я увижу, открою вход. Далее без команды, по плану.
— Принял. — Вадим указал на юго-восточный угол и распорядился: — Туда по одному! Впереди Алим со своими. Я в замыкании.
— Не спеши, — остановил его капитан армейского спецназа. — Ведь ты же остался теперь со Снегиревым, да? Двоим к Сухобокову идти нельзя.
— Борисов подтянется. А ты разве не поддержишь?
— Мы спешим. Это к хорошему не приведет.
— Нормально все, Алим.
— Это ты мне говоришь?
— Извини. Конечно, вы профи по этой части, но и мы кое-что умеем.
— Ладно, не время собачиться. Выдвигаемся.
Участковый перебежал к стене особняка и двинулся к тыловой его части. Он видел, как группа пошла на юг, присел, выглянул из-за угла и заметил Гвоздева. Тот держал в руке автомат и озирался по сторонам. Этот хитрый, коварный лис наверняка почуял опасность. Он вышел в тыл здания не только потому, что так можно было отразить вероятное нападение. Тылами уйти легче. Он наверняка знал, как сделать это.
— Николай Николаевич!
Голос участкового раздался как гром с ясного неба.
— Борисов? Ты где? Ты чего тут?
Михаил позвал начальника охраны, вновь укрылся за углом и встал там, готовый к бою.
— Николай Николаевич, я приехал по вызову Лазунина.
— Какого черта? Кто твой начальник? И где ты, в конце концов?
— Да за углом, ногу подвернул. Слышу, кто-то есть с тыла, понял, что это можете быть только вы.
— А как оказался сбоку здания и во дворе?
— Да все Лазунин. Мол, обойди, посмотри особняк.
— А я на что?
— Так это у него спросите. Но сначала помогите мне. Надо всего ничего, ногу дернуть.
— Твою мать, навязался на мою голову! — Гвоздев вышел за угол, тут же отлетел назад и упал на спину без сознания.
Борисов неплохо владел приемами рукопашного боя.
Он сцепил руки Гвоздева браслетами, связал его ноги, обыскал, забрал оружие, радиостанцию, телефон, похлопал по плечу и сказал:
— Отдыхай пока, Николай Николаевич. С тобой позже разберемся.
Он тут же вызвал Галдина и доложил ему, что начальник охраны отдыхает.
— Хорошо. Зайди к фасаду с западной стороны. К нам по моей команде! — сказал Вадим.
— Принял, пошел.
— Да, Береза, Гвоздя из окон дома не видно?
— Нет. Он аккуратно в можжевельнике разместился.
— Вперед!
Старков и Лебедь наблюдали за обстановкой из КПП. Они видели Гордина, он же Ромео. Парень, не переставая, болтал по телефону, отправлял СМС, принимал их. Командир группы спецназа Росгвардии слышал и переговоры бойцов Галдина. Для него их канал связи был открыт.
Когда Вадим доложил о выходе группы к фасадной части, Старков приказал:
— Остановка! Мы убираем помеху у парадного входа.
— Гвоздя нейтрализовали.
— В курсе. Участковый твой на месте? Готов к броску?
— Готов!
— Работаем. — Майор кивнул Лебедю.
Капитан отодвинул занавеску, открыл окно и вскинул «винторез». Раздались два негромких хлопка, и Ромео, пораженный в ноги, рухнул на землю.
К нему тут же подлетел участковый, отслеживающий обстановку. Наручников у него больше не было. Поэтому он просто ударом кулака в лоб вырубил последнего уличного охранника.
Галдин видел это, повернулся к Валиеву и сказал:
— Твой выход, Алим!
Капитан кивнул и приказал подчиненным:
— Задача прежняя — отработка первого этажа, пропуск наверх саперов и их поддержка! Режим работы щадящий, кроме форс-мажора. Вперед, парни!
Валиев и его люди ворвались в холл, где находились охранники Щербак и Хохлов, который дал очередь из автомата. Прицелиться он не успел, поэтому пули прошли над головами спецназовцев. В данной ситуации бойцам оставалось только одно — открыть ответный огонь.
Так они и сделали. Герасин короткой очередью срезал Хохлова, Стуров ударил по ногам Щербака. Тот выронил автомат и рухнул, вопя от боли.
Валиев приказал подчиненным прикрывать пролет лестницы.
В холл вбежали Галдин, Снегирев, Борисов.
