Было уже около одиннадцати часов утра, когда найти такси порой истинная мука. Они тут же с восторгом согласились, вывели меня из банка, усадили в какой-то лавочке под электрическим вентилятором, разбежались в разные стороны и вскоре вернулись не с одним, а с двумя такси.
Хотелось бы пояснить читателю, что подавляющее большинство бенгальцев — великие патриоты, гордящиеся своим языком и культурой. Хотя на этом языке говорят более ста миллионов человек и по своей распространенности он занимает восьмое место в мире, изучают его за границей очень мало. Вот почему бенгальцы так восхищаются всяким, кто владеет этим очень мелодичным и выразительным языком. Если добавить к этому и то, что в Чехословакии вышло, как они узнали из телевизионной беседы, уже около пятидесяти бенгальских книг, т. е. значительно больше, чем во многих других странах, вы поймете, откуда появился у них столь непомерный интерес к человеку, сделавшему половину этих переводов.
Не считая крайних проявлений типа вышеупомянутого «Амра Бангали», бенгальский национализм отнюдь не агрессивен, и все же нельзя утверждать, что бенгальцы пользуются у остальных индийцев особой любовью. Возможно, дает себя почувствовать и капля зависти. С самого начала британского колониального господства Бенгалия так долго была культурным авангардом всей Индии, что бенгальцы получили значительные преимущества по сравнению с остальными индийцами. Несколько лет назад в Праге Всемирная организация здравоохранения проводила специальные трехмесячные курсы для врачей, приехавших со всех концов света, преимущественно из развивающихся стран. Как принято в подобных случаях, индийское правительство выбрало трех участников из трех различных штатов Индии — и все трое оказались бенгальцами.
Это не простая случайность. Если бы в Индии публиковались статистические данные о процентном соотношении участия представителей отдельных народов в общественной, культурной, научной и художественной жизни всей страны, бенгальцы, безусловно, оказались бы на первом месте, значительно опережая все остальные индийские нации и народности. Вы встретите их во всех штатах и крупных городах Индии. Они занимают там посты высших чиновников, выступают в роли юристов, врачей, ученых, т. е. везде, где требуется образование выше среднего.
Один житель Калькутты, не бенгалец, долгие годы проведший в этом городе, сказал мне:
— Здесь может жить только тот, кто согласен с тремя основными символами бенгальской веры: Рабиндранат Тагор — крупнейшая фигура индийской культуры всех времен; «то, что сегодня думает Бенгалия, завтра будет думать вся Индия»; и наконец, Калькутта — самый индийский город Индии.
Но, поговорив на эту тему еще немного, мы сошлись на том, что первое и третье положения, бесспорно, справедливы, а второе было справедливым по крайней мере до недавних пор. Так что бенгальской национальной гордостью и возмущаться особенно не приходится.
Стоит ли после этого удивляться, что бенгальский патриотизм проявляется и в области, где патриотический энтузиазм способен до крайности возбудить и более хладнокровные нации, — я имею в виду спорт.
Обширное, растянувшееся на несколько километров травянистое пространство между проспектом Чауринги и набережной реки Хугли от своей южной оконечности у памятника королеве Виктории до входа в губернаторский дворец на севере большей частью заполнено различными спортивными сооружениями. Тут есть и ипподром, и площадки для гольфа, игры в бейсбол и крикет, и теннисные корты, и несколько футбольных стадионов. Как это ни удивительно, они ежедневно оживают именно теперь, в разгар жарчайшего лета. Ведь с приходом мая в Калькутте начинается почти четырехмесячное бенгальское футбольное первенство.
В Калькутте две команды-фавориты — «Моханбаган» и «Эст Бенгал», и их ведущее положение в футбольной таблице непоколебимо.
Если рано утром вы увидите перед воротами одного из стадионов, принадлежащих этим извечным соперникам, огромную очередь, значит, предстоит матч, на который попадет лишь сорок тысяч счастливцев; больше ни один из двух стадионов не вмещает. Но и те, кому не удастся попасть на стадион, не останутся «вне игры». Во-первых, состязания транслируются по радио, а порой и по телевидению, и, во-вторых, одна сторона стадиона лишена трибун и не отгорожена высокой стеной, так что за происходящим на травяном поле могут издалека наблюдать с возвышенных мест еще тысячи болельщиков. Однако каждый, разумеется, хотел бы попасть внутрь, на трибуны. Входные билеты дешевы — от шестидесяти пайсов до одной рупии десяти пайсов, и, только когда сбор от встречи идет на благотворительные цели, цена билетов повышается до двух и даже до трех рупий.
