Она понимала масштабы бедствия и не отрицала своей вины, однако больше не могла слушать упреков. Рина точно подменили, не оставив ничего от того спокойного, вежливого господина, коим она представляла его прежде.
– Остановите машину! – потребовала Флори. К тому времени они миновали городские улочки и съехали на объездную дорогу.
– У меня нет времени на ваши капризы.
– Мне плохо.
– Вспомните про Дарта – и ваши проблемы покажутся вам мелочью.
– Если не остановите, меня стошнит… – никакого ответа, – в этом новеньком кожаном салоне.
Автомобиль сбавил скорость и замер. Не было сомнений, что угроза произвела нужный эффект на такого педанта. Флори преувеличила, хотя и впрямь чувствовала себя неважно: во рту и горле разлилась горечь, будто от глотка прогорклого масла. Она выбралась из салона, жадно вдыхая свежий воздух, и огляделась. Яблоневые сады тянулись вдоль дороги зеленой стеной, вдали вздымались холмы, исполосованные ровными рядами виноградников, и вся умиротворяющая картина омрачалась лишь тем обстоятельством, что Дарт был в шаге от виселицы.
Задумавшись, Флори не заметила, что Рин подошел сзади, и испугалась, когда он заговорил у нее над ухом:
– Вы довольны? Возвращайтесь в машину, мне некогда нянчиться с вами.
Несомненно, Рин сделал это нарочно, чтобы обескуражить и сбить с нее спесь. Уступать Флори не собиралась.
– Я не сдвинусь с места, пока мы не поговорим!
Рин устало вздохнул:
– Что вы собрались обсуждать со мной на обочине?
– Ситуацию с Дартом.
– И что хотите услышать? Аплодисменты вашему сумасбродству?
– Перестаньте говорить со мной в таком тоне. Я вам не школьница, чтобы меня отчитывать, – неожиданно для самой себя заявила Флори. – Вы ведь мне не сказали ни слова о Протоколе! Откуда же мне было знать…
– А почему я должен вам рассказывать об этом?! – Рин всплеснул руками. – Вы жили под одной крышей с Дартом, и у него не нашлось свободной минутки, чтобы рассказать о правилах? Или вас волновало другое, потому что ваши признания – чистая правда?
Флори вспыхнула:
– Нет! Я солгала.
Рин откашлялся. Видимо, понял, что перестарался с обвинениями.
– Прошу прощения.
Она ничего не ответила, только поддела носком туфли камешек.
– Я предупреждал Дарта, что он рискует, позволяя вам жить в доме, – сказал Рин. – Он не послушал. И в своем безрассудстве преуспел не меньше вашего.
Снова его упреки. Чтобы сдержаться, Флори представила, как Дес картинно закатывает глаза, слушая нравоучения Эверрайна. Сомнительный способ, но ей помогло.
– Мы оба виноваты в том, что Дарт сейчас за решеткой.
– Он единственный, кто в этом виноват. – Рин многозначительно скрестил руки на груди. Губы его плотно сжались и почти затерялись в аккуратной бородке.
– И что же он натворил, что все готовы его оболгать?
– Вы тоже его оболгали, прошу заметить.
– Да хватит уже! – воскликнула она и сердито топнула. На кого-то, возможно, это и подействовало бы, но Рин только усмехнулся, забавляясь ее безобидной злостью. – Почему они против Дарта?
– Следящим нужен виновник, а лютенам – гарант защиты.
– Хотите сказать, что они подговорили лютенов? И какая им выгода?
– Перед судом Бильяна успела рассказать, что всех безлюдей поместили под охрану следящих. Всех, кроме ее дома.
– А кто она? – уже после того, как Флори задала вопрос, ей вспомнилась пожилая женщина в зеленом бархате. Единственная лютина, выступившая в защиту Дарта.
Рин подтвердил ее предположения.
– Дом с оранжереей, – добавил он для ясности.
– Значит, лютены просто испугались таинственного врага…
– …и продали Дарта за мнимую защиту, – закончил за нее Рин. – Они не поверили, что я смогу их защитить.
В его голосе слышалась обида, словно Рина волновала лишь собственная уязвленная гордость.
– Думаю, за всем стоит властный человек. Кто-то, чьи интересы поддерживают следящие. Кто-то, желающий убрать с дороги Дарта и усыпить бдительность лютенов, чтобы закончить дело. Протекция следящих должна была все решить, однако вмешались вы и испортили чей-то продуманный план. Поэтому я тороплюсь доставить вас в безопасное место. Вы еще долго будете стоять здесь, как мишень в поле? Или все-таки сядете в машину и позволите позаботиться о вас?
От его пугающих слов Флори сжалась и обхватила себя руками, как будто пыталась унять дрожь в теле. Она подумала о следящих: теперь у них появилось еще больше причин, чтобы арестовать ее.
– Возвращайтесь в машину.
Флори кивнула и послушно села позади водительского места.
