[
Раннимидцы решали вопросы по-своему. Например, Пейшенс Хорни была слегка того. Это всем было известно. Однажды заезжий доктор из Филадельфии попытался заставить мэра Южного Раннимида признать ее недееспособной, раз уж она жила в южной части города. Джон Гасснер этого делать не стал. Тогда этот доктор-из-большого-города отправился к мэру северной части, Отто Тангермену, рассказал ему, какие эти южане отсталые люди, и что мэр должен признать Пейшенс недееспособной. Отто вышвырнул его из города. Пейшенс громко разговаривала - очень громко рассказывала о планете Сатурн и гостях оттуда, которые ее навещали. А еще она болтала о семье Райфов, которой принадлежала консервная фабрика и завод по производству боеприпасов. Однажды она лицом к лицу столкнулась с самим старым Кассиусом и высказалась: "Ах ты, косоглазый сукин сын!" Город был в восторге. Это приключилось в 1882 году.
Теперь Пейшенс носила жуткого вида парик, чтобы прикрыть собственную лысину. Оба мэра посовещались и придумали ей работу - сидеть на железнодорожной станции и торговать горячими кренделями и каштанами зимой, а летом - лимонадом. У Пейшенс, конечно, рот не закрывался, и она в секунду могла заболтать любого, но никакого вреда от этого не было. Вот так в Раннимиде решали вопросы. И в этот сентябрьский день 1911 года Луиза и представления не имела, что скоро тоже станет для города причиной целого переполоха.
Луиза с Джулией проскользнули в дом Селесты сквозь заднюю дверь, как обычно и делали после школы. Кора в кухне готовила сэндвичи.
- Привет, красавицы!
Дети бросились маме на шею.
- Девчонки, вы меня задушите! А Селесте нужно подкрепление, у нее как раз карточная игра в разгаре.
- А Джатс вместе с Ив Мост сегодня в угол поставили!
- Ты это точно знаешь?
- Ты не в моем классе учишься, откуда тебе знать?
- А мне Орри Тадья сказала! - воскликнула Луиза.
- Орри - старая карга, ее кошка родила!
- Джулия, ты что! Только бы Селеста тебя не услышала, а не то она использует эту фразу на следующем городском собрании! - рассмеялась Кора.
А в гостиной Селеста с заговорщическим видом поглядывала поверх веера карт, которые держала в руке. Ее напарница, Фанни Джамп Крейгтон, слишком много выпила - в буквальном смысле слова, и теперь не обращала внимания ни на одну из подсказок Селесты.
На Селесте было жемчужно-серое, с бордовым отливом платье, в ушах неярко поблескивали маленькие серебряные серьги, а довершал ансамбль единственный сверкавший на руке бриллиант. Селеста знала меру в украшениях.
Фейри Тетчер носила на руке целую сияющую глыбу, отчего ее левый бицепс стал таким же мускулистым, как у тяжелоатлетов. Она была трезвой и, в отличие от Фанни, уловила все намеки Селесты. Вместе с Рамелль, своей сегодняшней партнершей по игре, они порядком вели в счете.
Селеста больше любила выигрывать, чем проигрывать. Она изо всех сил сдерживалась, чтобы не забарабанить пальцами по столу, и даже не обращала внимания на то, как Рамелль ритмично прижимает ее колено своим, хотя в любое другое время ее бы точно накрыло волной удовольствия.
- Кора, где там наши сэндвичи?
- Уже несу, ваше высочество! - Кора была не из тех, кем можно командовать.
- Девочки, не отвлекайтесь, играем!
Едва Кора вышла из кухни, Джатс повернулась к сестре.
- Ты слишком много болтаешь! И Орри Тадья тоже!
- Вы с Ив Мост лучшие подружки, вот и дружите себе! А меня и Орри оставьте в покое!
- Орри нюхает школьные стулья, когда с них люди встают!
- Фу! Не может быть!
- А вот и может! Я сама видела!
- Наверное, она сама видела, как это делаешь ты!
Джулия потянулась, чтобы стукнуть сестру, но Луиза вскочила и побежала по коридору. Джатс пустилась в погоню.
- Врушка-болтушка, рот до ушей!
- Ты-ты-ты попой нюхаешь цветы! - отозвалась Луиза спереди.
Чудесную фразу услышала Селеста. Услышала ее и Фанни Джамп.
- Девочки, а я вам когда-нибудь рассказывала историю о том, какое унижение пережил Брутус Райф, когда на него помочился Теодор Баумейстер?
