Одной дождливой ночью полностью

Оскалив зубы, Бадди развернулся к Синди. Она осталась стоять на месте.

- Кончай балаган, - бросила она ему.

- Ладно, ладно, - oн опустил руки. - Эй, братва. Я вымазался - и вроде жив, сечете?

- Никогда не слышал про инкубационные сроки?

- Какие-какие сроки? - спросил Дaг, ухмыляясь.

- Ну, это, я так понимаю, когда девчоночьи инкубаторы подтекают, - пояснил Бадди.

- Да все вы прекрасно поняли, - надулась Шейла.

- Вот-вот, - решил вступиться за нее Лу. - Ящик, что ли, не смотрите? Инкубационный срок - это промежуток времени, который должен пройти, прежде чем болезнь выкажет первые симптомы.

- Я знаю, о чем она, щегол, - фыркнул Бадди. - Но это - тупо. Дождь шел-то только минуту - ну две, от силы - пока не пришла эта бешеная манда. То есть с учетом наших с ней терок прошел пяток-другой минут.

- Твоя правда, - поддакнул Дaг.

- В общем, я что хочу сказать, дотрагиваться до нее ни фига не опасно, - подвел черту Бадди.

Дaга его слова, похоже, убедили окончательно:

- Я подсоблю, - сказал он.

Бадди взглянул на Лу.

- Ну хорошо, - протянул тот.

- Вы, парни, берете ее за ноги. И держите крепче, мать вашу. Если она упадет на ковер, ковру будет кобздец.

Лу с Дaгом заняли позицию у ног растянувшейся женщины. Она носила низкие каблуки. Там, где обувь не была заляпана черным, проглядывал зеленый цвет. Она не носила чулки. Ее голени и лодыжки были мокрыми. Влажный подол платья забился ей между колен и облепил ноги, будто посаженный на клей. Кое-где ткань еще сохранила свой первозданный цвет - тоже зеленый.

Лу вдруг понял, что отстает - Дaг уже оторвал ее левую лодыжку от пола.

Он не хотел дотрагиваться до нее.

Но - все же - сомкнул руки на ее правой лодыжке. Он ожидал, что ее кожа будет холодной. Ничего подобного - теплая. И внезапно часть его страхов отступила. Вроде как он даже почувствовал себя лучше.

Она - обычная женщина, - сказал он себе, и на пару с Дaгом они подняли ее ноги в воздух. Бадди, сидя на корточках, ухватил ее под мышками - и выпрямился вместе с ними. Внезапное перераспределение нагрузки едва не вырвало ее лодыжку из рук Лу.

- Тяжела бабенка, а? - отметил Дaг.

Да, тяжелее, чем выглядит, - подумал Лу, делая осторожные шажки назад. Женщина была худой… и довольно высокой.

- Это ее юбка по полу, что ли, волочится? - спросил Бадди.

- Есть немного, - кивнула Синди.

- Ну так поправь это дело, черт возьми.

Морща нос, Синди подошла к ним и расправила юбку женщины - теперь та равномерно свисала с обоих сторон ее тела, не касаясь пола. Отойдя, Синди нахмурилась, глядя на черные пятна, оставшиеся на руке.

- Говорю тебе, - произнес, проходя мимо нее Бадди, - не о чем волноваться.

Он вышел вперед Дага с Лу и взял в сторону лестницы.

- Мы потащим ее наверх? - спросил Дaг.

- В мою комнату, - счел нужным уточнить Бадди.

Лу поначалу думал, что они отнесут ее в гостевую уборную на первом этаже, но тут до него дошло, что там были только раковина и туалет - ни ванны, ни душевой. Спальня Бадди, что была на втором этаже, была сопряжена с отдельной, персональной умывальней - с личным толчком и большой ванной.

Видимо, туда он ее и собирается положить.

Он подумал над тем, станут ли они снимать с нее одежду.

Нет, если до этого дойдет, Шейла с Синди вряд ли захотят участвовать. Или наоборот, возьмутся сами, а нам скажут, чтоб вышли и не глазели. Женская солидарность - странная штука.

Бадди начал подъем по лестнице. Голова женщины была прижата к его животу.

Бретельки ее платья, напоминавшие широкие ленты, были всем, что закрывало ее плечи. Платье было хоть и с низким вырезом - но с приличным низким вырезом: ни сами груди, ни ложбинку между ними он не открывал. Хотя то, что грудь неплохая такая, славненькая, было видно уже по тому, как облепила ее ткань.

Парень, ты пялишься на сиськи, - прозвучал в голове Лу насмешливый голос. Раньше он вклинивался в его мысли всякий раз, когда он брался за что-нибудь вроде вырезок из журнальчиков или кассет с киношками определенного жанра (опять спускаем, скрипач? смотри клешню-то не выверни! выше руку, легче кисть!), но с возрастом он научился затыкать его. Я что, не мужик, что ли? Да. Смотрю на сиськи. Ты сам глянь, как они классно трясутся.

Шейла и Синди, оставшиеся позади, молчали.

Им-то, наверное, вся эта затея была не по душе.

Он вдруг захотел, чтоб они и вовсе ушли. Как бы Шейла ему не нравилась, она была та еще недотрога. Вместе они были с лета, и она ни разу не давала ему даже шанса. Синди, конечно, не такая ханжа - но непременно поднимет вой, если Дaг предпочтет ей какую-то замарашку, подобранную на улице.

Вот непруха.