Одной дождливой ночью полностью

Затаившись, она слушала. Где-то были далекие крики. И еще - приглушенные хлопки, напоминающие пистолетные выстрелы. Ей привиделись тела с многочисленными ножевыми ранами. С прострелами от пуль. Ей привиделся разрубленный торс с выпадающими кишками. Она вообразила, как склоняется над чьим-нибудь - неважно, чьим - телом и высасывает кровь и обрывки тканей из пулевого ранения. Эти мысли и образы заставляли замирать дыхание в груди, выдавливали из нее стоны и сладкими судорогами прижимали к асфальту.

Проехало несколько машин - шины визжали по мокрой дороге.

Потом до ее слуха донесся какой-то странный шум - под аккомпанемент спонтанных кликов и клаков. Роликовые коньки? Да, так и есть: подняв голову и присмотревшись, она увидела мужчину на коньках, бодро катившего по середине улицы. Он был высок - за добрые метр восемьдесят; абсолютно лысый и глянцево-черный в свете уличных фонарей. Всю его одежду составлял длинный шарф, обернутый вокруг шеи. Концы, которым полагалось развеваться за спиной, прилипли к его мокрым голым плечам.

Обеими руками он сжимал ружье.

Морин попробовала прикинуть свои шансы. Прыгнуть на этого типа. Отнять оружие. Если ей перепадет ружьишко, ничего не стоит застрелить Бадди, Дaга, Лу и их подружек. По пуле в голову.

Сама схлопочу, если сунусь, - подумалось ей.

И, боясь попасться ему на глаза, она забилась еще глубже в темноту под «джипом». И стала ждать - до тех пор, пока звук роликов не скрылся вдали.

Чуть позже мимо ее убежища пробежали. Прильнув к асфальту всем телом, словно змея, она подползла к ближайшей планке поребрика и осторожно глянула поверх нее. Вот ребенок - мальчик лет семи на вид, в пижаме: из плеча торчат вошедшие одним лезвием ножницы. Две женщины - толстухи в бигудях и растрепавшихся махровых халатах, - гонятся следом. У одной в руке - электрический секатор на батарейках (ХОЧУ, - вспыхнула в голове Морин мысль), другая - вроде как невооруженная. У парня хорошие шансы удрать целым.

Хочу, - думала Морин, глядя на секатор.

Не ружье - но куда лучше, чем ничего.

Она стала втискиваться в проем между поребриком и брюхом машины.

Но парень и его преследовательницы уже успели скрыться, а вот Бадди - как раз показался. Ей были видно, как он семенит к дому. Кто-то потом к нему присоединился - или Лу, или Дaг. До ее ушей доносились обрывки их разговора, но стук дождя был слишком громким (да и расстояние - порядочным), чтобы хоть что-то различить.

Когда кто-то из них подошел к «джипу», Морин поняла, что ее вот-вот найдут. Испытывая скорее трепет предвкушения, нежели страх, она попыталась решить, что же в ее ситуации будет лучше - выжидание или резкая атака. Но подошедший так и не заглянул под машину. Похоже, обошелся простым взглядом в салон через окна. Потом - отошел; разговор возобновился.

Выглянув из-под передка машины, она увидела Бадди и Дaга - стоящих у мотоциклов в самом начале подъездной дорожки. Сговорившись наскоро, они разлучились - Дaг пошел внутрь, Бадди остался ждать у байка.

Один.

Сейчас, сокращая расстояние между «джипом» и наездниками, Морин была счастлива, что подавила тогда желание наброситься на него. А ведь соблазн был - еще какой! Непременно раздеться перед атакой - теплые струи на коже так возбуждают. Выманить его, быть может - черт, если это сработало с Дaгом и Лу в доме, почему не должно сработать на этом чурбане? Сказать, как сильно она его хочет… и, как только он будет глуп настолько, что потеряет бдительность, вырвать этот нож и отрезать ему его никчемные яйца. И, быть может, затолкать их ему в глотку. Да, это было бы неплохо. Это было бы замечательно!

Но она осталась под машиной. Наедине со своей фантазией. А там уже показались и Дaг, и Лу.

Хорошо, что я сдержалась, - твердила она себе. - Что-то могло пойти не так. Зато теперь я поквитаюсь со всей троицей одним махом. Просто - и безопасно.

Они опережали ее на квартал - мотоциклы катили по середине улицы там, впереди; шум от них стоял адский, наверняка «джип» они сейчас не слышат. Она сильней нажала на педаль газа, чувствуя, как ускорение вжимает ее в спинку сиденья. Фигуры на байках начали приближаться, вырастать. Лу, ехавший справа, был без футболки, и Морин оскалилась, представив, как его кожу раздерет неровный асфальт, с которым ему вот-вот предстоит встретиться. Но прямо по курсу пока лежал Бадди (тоже хорошо! даже лучше!). Ширины «джипа» не хватило бы на всех троих, и первым однозначно должен быть этот патетичный озабоченный ублюдок. Сначала она проедется по нему, а, резко развернувшись, покончит и с остальными. Или можно попробовать на пару с Бадди задавить Дaга.

Расстояние сокращалось.

Между ними теперь было что-то около четырех легковушек, выстроенных в ряд.

Три.

Две.

Бадди оглянулся через плечо.

- Счастливо свернуть шею, придурок! - завопила она, прижимая педаль к полу.