Ты помнишь – ночь вокруг торжественно горелаИ темный сад дремал, склонившись над рекой…Ты пела мне тогда, и песнь твоя звенелаТоской, безумною и страстною тоской…Я жадно ей внимал – в ней слышалось страданьеРазбитой веры в жизнь, обманутой судьбой —И из груди моей горячее рыданьеНевольно вырвалось в ответ на голос твой.Я хоронил мои разбившиеся грезы,Я ряд минувших дней с тоскою вспоминал.Я плакал, как дитя, и, плача, эти слезыЯ всей душой тогда благословлял.С тех пор прошли года, и снова над рекоюРыдает голос твой во мраке голубом,И снова дремлет сад, объятый тишиною,И лунный свет горит причудливо на нем.Истерзанный борьбой, измученный страданьем —Я много вытерпел, я много перенес.Я б облегчить хотел тоску мою рыданьем, —Но… в сердце нет давно святых и светлых слез.1879<p>«Порваны прежние струны на лире моей…»</p>Порваны прежние струны на лире моей,Смолкли любви и надежд вдохновенные звуки.Новая песня звучит и рыдает на ней,Песня осмеянных слез и подавленной муки.Пусть же она раздается, как отзыв живой,Всем, кто напрасно молил у людей состраданья,Пусть утешает своей безобидной слезойЖгучую боль и отраву тоски и страданья.1879<p>Иуда</p>1Христос молился… Пот кровавыйС чела поникшего бежал…За род людской, за род лукавыйХристос моленья воссылал;Огонь святого вдохновеньяСверкал в чертах его лица,И он с улыбкой сожаленьяСносил последние мученьяИ боль тернового венца.Вокруг креста толпа стояла,И грубый смех звучал порой…Слепая чернь не понимала,Кого насмешливо пятналаСвоей бессильною враждой.Что сделал он? За что на мукуОн осужден, как раб, как тать,И кто дерзнул безумно рукуНа бога своего поднять?Он в мир вошел с святой любовью,Учил, молился и страдал —И мир его невинной кровьюСебя навеки запятнал!..Свершилось!..2 Полночь голубаяГорела кротко над землей;В лазури ласково сияя,Поднялся месяц золотой.Он то задумчивым мерцаньемЗа дымкой облака сверкал,То снова трепетным сияньемГолгофу ярко озарял.Внизу, окутанный туманом,Виднелся город с высоты.Над ним, подобно великанам,Чернели грозные кресты.На двух из них еще виселиКазненные; лучи луныВ их лица бледные гляделиС своей безбрежной вышины.Но третий крест был пуст. ДрузьямиХристос был снят и погребен,И их прощальными слезамиГранит надгробный орошен.3
