Не успев осознать, что делаю, я повернулась к нему и обняла, просто обхватила за пояс и прижалась к нему. От него приятно пахло мылом, ночью и жидким стеклом. Леандр тут же напрягся в моих объятиях.
– Теперь я понимаю, что ты сделал для моего отца, – пробормотала я и разжала руки. Конечно, для него это было слишком. Слишком близко. – Спасибо, я… – Я сглотнула. Теперь я только упиралась в его свитер лбом. – Спасибо.
– Всё в порядке, – сказал Леандр где-то по диагонали слева над моими волосами, и вдруг всё-таки расслабился и очень осторожно опустил подбородок на моё плечо. Он выдохнул.
Когда спустя всего мгновение мы снова разошлись, на его правой щеке что-то блестело – след слезы.
Хотя он не плакал.
Я пощупала своё лицо.
– Извини, боюсь, что совсем закапала тебя слезами, – сказала я. В последнее время слёзы часто подступали очень близко…
Леандр пожал плечами:
– И что? Ты всегда до конца отдаёшься делу, как настоящий боец. – Леандр отстранился, и я заметила, что он улыбается. Он напел мелодию «Глаз тигра», и я почувствовала, что неудержимо краснею.
– Ты слышал песню? – пробормотала я.
– Прозвучало неплохо.
– Слегка фальшиво.
– Всё равно – мне понравилось.
Я спрятала улыбку.
Леандр кивнул, указывая на источник времени:
– Смотри, он уже возвращается.
И в самом деле, Повелитель времени вскоре забрался в лодку.
Конечно, он был один, потому что душа старухи осталась в лучшем месте.
На следующий день от аномалий не осталось и следа. Мы с Пиппой провели утро на оживлённой городской улице. Несколько часов мы ходили из одного магазина в другой, и Пиппа нагрузила меня полудюжиной нарядов, слишком сильно расшитых стразами, среди которых было ещё одно вечернее платье. Конечно, как обычно, она игнорировала мои протесты, так что в конце концов я сдалась и позволила ей делать всё что угодно.
Однако теперь наши ноги – к счастью – устали, и мы расположились в предпоследнем ряду небольшой церкви эпохи барокко. Впереди стояли на коленях несколько монахинь, погружённые в полуденную молитву, а снаружи доносился приглушённый шум транспорта, голоса прохожих и игра на скрипке уличного музыканта.
После событий последних нескольких дней временны́е постепенно возвращались к обычным делам. Хотя загадочные повороты времени по-прежнему занимали первые полосы газет, а учёные деловито вычисляли все временны́е перегибы земной оси, время снова текло беспрепятственно, и этого, судя по всему, было достаточно для большинства, чтобы вернуться к обычной жизни.
– Я не хотела говорить об этом во дворце, в конце концов, никогда не знаешь, кто там подслушивает, – сказала Пиппа, как только мы уселись. – Прошлой ночью мадам Розе́ было видение о тебе.
Конечно, мне было интересно, почему сегодня утром после завтрака прапрабабушка неожиданно заявила, что жаждет пойти со мной за покупками. Но после приведения в чувство Реки времени и встречи с Леандром и Повелителем времени я не могла сказать, что готова к таким развлечениям. Мне хотелось поразмыслить над впечатлениями от прошлой ночи, и поэтому я согласилась только на небольшую прогулку. Теперь, однако, кое-что прояснилось.
– Что за видение? – спросила я, хотя по-прежнему сомневалась в существовании этой другой личности прапрабабушки. Возможно, Пиппе просто приснился дурной сон…
– Речь идёт о ключе, – тихо сказала она, и я сразу сосредоточилась. Пиппа огляделась, словно опасаясь, что за нами следят. – Вообще-то я не имею права говорить с тобой о таком, но сообщение мадам Розе́, похоже, очень важное. Так что слушай меня, Офелия. Баронесса видела, что… – Она осеклась. Её взгляд застыл, глаза странно потускнели. Она покачнулась на скамье и медленно опустила подбородок на грудь.
– Пи… Пиппа? – Я коснулась её плеча. – Всё нормально?
Она потеряла сознание или осколок шевельнулся?..
Секунду прапрабабушка не шевелилась.
Внезапно она хрипло втянула воздух.
Я вздрогнула.
– Пиппа, тебе нехорошо? – снова спросила я.
Когда она подняла голову, в её глазах что-то изменилось. Я моргнула.
– Офелия, – хриплым голосом начала Пиппа. – Ты прекрасно выглядишь.
– Мадам Розе́, как поживаете? – Я заикалась, чувствуя себя немного глупо.
– Вчера я проиграла приличную сумму денег в рамми, но в остальном всё хорошо. Спасибо, что интересуешься, – ответила вторая личность Пиппы, в то время как прапрабабушка маятником раскачивалась взад-вперёд. – Перед сном я разложила карты, как обычно в каждое полнолуние, и увидела ключ от потайной двери и…
– Вы нездоровы? – спросила одна из монахинь, которая, видимо, закончила молитву и незаметно оказалась рядом с нашей скамьёй.
Глаза Пиппы повернулись в двух разных направлениях.
– Принести воды? – предложила монахиня.
– Спасибо, всё нормально, – быстро ответила я. – Мадам Розе́?
Снова раздался знакомый хрип. Лицо Пиппы исказилось в гримасе, и монахиня удивлённо уточнила:
– Вы уверены? Возможно, это приступ…
Я безотчётно схватила тонкую струйку пыли, пробивавшуюся по сиденью скамейки слева, и потянула за неё. Время остановилось.
Монахиня осеклась на полуслове и застыла с полуоткрытым ртом. Я осторожно коснулась плеча Пиппы.
– Мадам?
