Здравствуйте, Борис Натанович. Большое спасибо, что принимаете участие в этом интервью, прочитал все Ваши ответы с 1998-го года. Иногда складывается впечатление, что Вам некогда или неохота отвечать правду и Вы отвечаете наскоро и наобум. Например, просто не верится, что Вы, много лет посвятив астрономии и фантастике, считаете вопрос «Есть ли жизнь на Марсе?» пустяком и, самое главное, Вас не интересует ответ на него. Может, не на Марсе, а в соседнем созвездии. Кстати, а как Вы относитесь к последним теориям, описывающим мироздание (суперструн, мембран)? По мнению физиков, Вселенная 11-мерна, но большая часть измерений свернуты, и время является всего лишь одним из измерений. Хоть эти теории не новы, в фантастике как-то не очень фигурируют. Человек с Вашим воображением может представить 11-мерное пространство и поверить в то, что он в нем живет?
Надо признаться, Вы не очень хорошо представляете себе мой «внутренний мир». Мне ДЕЙСТВИТЕЛЬНО малоинтересен ответ на классический вопрос «Есть ли жизнь на Марсе?» Ясно, что разумной жизни там нет, а обнаружение нового вида одноклеточных, – при всей ОГРОМНОЙ значимости такого обнаружения для ТЕОРИИ, дает очень мало информации для воображения: в конце концов, я уже давно представляю себе инопланетную жизнь именно так – скромненько, без лишних эффектов и без особых перспектив. И Вы, конечно, явно переоцениваете силу моего воображения: я совершенно не способен представить себе 11-мерный мир. Я даже 4-мерный представить себе могу лишь с существенными оговорками. Более того, все это меня, как писателя, интересует вообще чрезвычайно мало. На мой взгляд, литература заниматься должна совсем другими вопросами: судьбами человеков и человеческих сообществ должна она заниматься, в самом обыкновенном мире 3D, а если ее и занесет в 4D, то для того у писателя должны быть самые серьезные основания.
Уважаемый Борис Натанович, что послужило тому, что прах Аркадия был развеян с вертолёта? Всё-таки это так необычно.
Таково было его завещание.
