Это направление называется «альтернативная история» (она же – просто «альтернативка»). Я отношусь к произведениям такого толка с большим уважением и интересом. Очень перспективное направление. Пока люди будут задаваться вопросами типа: «А что было бы, если бы Сталинград пал?»; «...если бы Ленин прожил еще лет 20?»; «...если бы из Шикльгрубера получился бы признанный художник?» – до тех пор будет существовать и это направление в фантастике. Да и сами вопросы такого рода не так уж и бессмысленны, если подумать. На самом деле, размышления над ними и споры вокруг них позволяют иногда понять очень важные вещи, обнаружить скрытые пружины исторического процесса, просто «почувствовать» историю, наконец, ощутить ее «на вкус, на цвет, на запах». Названные Вами произведения я прочитал не без интереса, хотя и не считаю их образцовыми. Гораздо больше понравились мне «альтернативки» Лазарчука и Вершинина, например.
Вопрос: Уважаемый Борис Натанович! У меня вопрос по ХВВ. Во время воображаемого спора с Римайером Жилин, для доказательства своей правоты, прибегает к не вполне честному приему. «...ты писал лживые отчеты своим друзьям, что никакого слега нет»; «...ты поколебавшись всего минуту, послал меня на смерть, чтобы я тебе не мешал»; «Если во имя идеала человеку приходится делать подлости, то цена этому идеалу дерьмо». Но ведь это не аргумент! Римайер мог попросту отказаться от своей работы, а не писать лживые отчеты, не посылать Ивана к рыбарям, но просто категорически отказаться разговаривать с ним или вообще уклониться от встречи. И если бы он поступил так, то Жилин потерял бы свой последний, решающий довод, но ведь суть их спора от этого бы не изменилась. Мой вопрос в следующем: смог ли бы Жилин (чьей точки зрения, насколько я понял, придерживались и авторы) аргументированно доказать свою точку зрения.
Вы не уловили авторского замысла. В том-то все и дело, что Жилин НЕ СПОСОБЕН доказать свою правоту. Эту правоту просто невозможно доказать! Как никто не сможет доказать последовательно защищающемуся солипсисту (субъективному идеалисту), что мир не есть его, солипсиста, представление, а существует независимо от его, солипсиста, сознания. И чувствуя эту свою неспособность доказать что-либо ЛОГИЧЕСКИ, Жилин прибегает к доказательству НРАВСТВЕННОМУ: «Если во имя идеала приходится делать подлости, то цена этому идеалу – дерьмо». Уже тогда нам был ясно, что теоретически вполне осуществим виртуальный мир, настолько яркий, что он фактически не отличим от реального. И уже тогда нам стало страшновато от этой мысли, ибо никаких ПРЕИМУЩЕСТВ реального мира перед виртуальным а приори не существует. Такие дела.
Вопрос: Уважаемый Борис Натанович! Когда вы впервые прочитали Кафку и, если можно, в двух словах, какое влияние на ваше творчество оказал «Замок»?
«Замок» мы прочитали поздно, но уже в начале 60-х мы прочитали «Превращение» и «Процесс». Кафка произвел на нас впечатление сильнейшее. Это видно, например, по «Улитке», написанной под явным и несомненным влиянием специфического кафкианского стиля «бредовой реальности».
Вопрос: КАК ВЫ ДУМАЕТЕ, ПОЧЕМУ РОССИЙСКИЕ АВТОРЫ НЕ ТАК ПОПУЛЯРНЫ, КАК ЗАРУБЕЖНЫЕ?
