Вопрос: 1. Почему при каждом новом советском издании «Полдень, XXII» так сильно переделывался, вплоть до полной замены имен героев и их судьбы? Часть глав терялась (причем не худшие), вставлялись новые главы на основе старых рассказов и т.д. Цензура виновата или были иные причины?
На самом деле, «Полдень» основательно переделывался только один раз (издание, кажется, 1967 года). Нам пришло в голову, что многие из ранее написанных рассказов очень недурно вписываются в общую хронологию нашего будущего, надо только слегка их подработать, а заодно – ввести героев, общих для всего повествования. Что и было сделано. На наш взгляд получилось лучше, чем было. Что же касается малых изменений, встречающихся в разных изданиях, то они, как правило, были вызваны редакционно-типографскими соображениями (сокращения и пр.) Цензура мучила этот роман только в самом начале, но времена были тогда еще довольно либеральные, и обошлось без членовредительства – просто задержали в печати месяцев на шесть.
Вопрос: 2. Эпилог к повести «Малыш», на мой взгляд, одному из лучших Ваших произведений, мне кажется просто лишним – все уже сказано до него. Является ли эпилог навязанной редактором попыткой смягчить впечатление, оставить надежду на хороший конец, или дело не в этом?
Ну уж нет! Позвольте с Вами не согласиться. Во-первых, без эпилога читатель останется в полном недоумении относительно дальнейших контактов Малыша с землянами. Сохранятся ли эти контакты или нет? А если сохранятся, то в каком именно виде?.. А кроме того, эпилог, по-моему, неплохо написан и сам по себе – трогательная картинка и забавная беседа двух симпатичных человеков.
Вопрос: 3. Повесть «Миллиард лет до конца света» имеет подзаголовок: «Рукопись, найденная при странных обстоятельствах». Означает ли это, что у Вечеровского ничего не получилось, и судьба его была трагична?
Подзаголовок оставляет вдумчивому читателю полную и неограниченную свободу домысливать, как там у них все произошло, кто уцелел, кто нет, и вообще – при каких именно «странных обстоятельствах» была обнаружена эта рукопись. А то, что судьба Вечеровского была трагична, я гарантирую Вам независимо от подзаголовка.
Вопрос: Ваш «Пикник на обочине», несомненно, очень разнопланов. Но гуманизм – одна из основных черт книги. Согласны ли вы с тем, что Человек – мера всех вещей, и что в наше время самое главное – любить человека?
Это – очевидно. И – как и все очевидное – дьвольски трудно реализуемо. К сожалению.
Вопрос: 1. В книге «Хромая судьба» рассказывается интересный случай: главный герой зарабатывает инфаркт после того, как его книгу опубликовали за рубежом, и кагэбэшников заинтересовало это событие. Что это? Рассказ о нелегкой судьбе советского писателя или откровения авторов? Связано ли это как-то с судьбой «Гадких лебедей»?
