Вопрос: 3. Следующие два вопроса по ГО. Жаль, что ГТГ была разгадана в начале прошлого года. Но помимо ГТГ, на мой взгляд, существует еще целый ряд не менее интересных тайн, прояснить которые можете только Вы. а) А сколько всего кругов было запланировано в Эксперименте, как в Аду или нет? Понимаю, что для самого романа это не существенно, но все-таки имели ли Вы с братом какие то предположения :-) по этому поводу?
Для романа (Вы правы) это совершенно несущественно, а потому авторы никогда на эту тему не задумывались.
Вопрос: б) Второй вопрос скорее психологический. Долго продолжались на этой страничке дискуссии на тему, встречался ли Андрей с Изей вне Города. Но мне кажется, что прежде чем обсуждать этот вопрос, нужно подумать над другим. А как вообще Андрей, после того, что он пережил в Городе, может жить в позднее сталинское время? Ведь он уже не тот, он, с точки зрения окружающих, почти мгновенно повзрослел и поумнел, он знает то, что случится в ближайшие десятилетия, он видит изнанку культа личности. В конце концов, за годы жизни в Городе Андрей вообще отвык от сталинской действительности, подзабыл своих здешних друзей и т.д. и т.п. Как он приспособится и приспособится ли вообще? А может, жизнь в СССР 1950-х годов и есть тот самый обещанный «Второй круг»? Или Андрей перенесется во Второй круг прямо с дивана, на котором он лежит в конце романа уже минут через пять-десять? Интересно знать Ваше мнение на этот счет, Борис Натанович. Были ли у Вас с братом какие-либо мысли по этому поводу?
Трагедия Андрея, оказавшегося в сталинском аду после повзросления, после излечения от фантатизма, после осознания того, что жизнь не проста, а дьявольски сложная штука, – трагедия эта авторам была очевидна, и они с наслаждением оставили ее в подтексте романа, следуя принципу: sapienti sat («умному – достаточно»).
Вопрос: Уважаемый Борис Натанович! В «Граде Обреченных» вами описан Изя Кацман – очень необычный человек. Я знаю человека, который уже три года ведет себя, как Изя, полностью копируя его поведение, повторяя Изины фразы из книги... Самое интересное, отношение к нему изменилось почти так же, как к Изе в книге! В связи с этим вопрос: кто для вас Изя и есть ли у него прототип, человек, с которого вы «списывали» Кацмана?
Для авторов Иосиф Кацман – фигура знаковая, если угодно – эпохальная. В некотором роде – символ целой эпохи. Прототип этого героя существует, прошел через «свои круги» и живет сейчас в Израиле.
