Я достала из сумки тетрадь с записями. Это был даже не план. Вчера вечером я исписала пять листов обо всем, что происходило у меня внутри за последние два с половиной года. Я пыталась кратко объяснить, что со мной, но кратко никак не получалось. Я смотрела на свои записи и не знала, с чего начать.
– Маша, все в порядке? – спросила Валерия. – Может, воды?
– Нет, просто… просто все плохо, – неуверенно ответила я, глядя на первую страницу тетради. Именно с этого я и решила начать свой рассказ о себе. Это было первое, что приходило мне в голову, когда я начинала думать.
Все началось два с половиной года назад, когда окончила институт. Мы улыбались на выпускных фото в синих мантиях на крыльце инженерного факультета на улице Орджоникидзе, где провели пять лет жизни, которые должны были стать лучшими. Все было и сложно, и просто. Мы знали, что нужно появляться в институте хотя бы три раза в неделю, не пропускать контрольные, вовремя сдавать курсовые и зачеты. Жизнь была организована и наполнена – институтом, учебой, однокурсниками, тусовками.
В небольшую квартиру на четвертом этаже набилось в тот вечер больше двадцати человек. Одни пили пиво, другие текилу и водку, третьи мешали все вместе, после орали песни и танцевали.
Наутро мы плелись к метро. Нам было по двадцать два. Мы не знали, что будет дальше, и отчаянно боялись перемен. И оказалось, что не зря.
Дальше я рассказала про долгий поиск работы, про свой неудачный опыт в кадровом агентстве и про то, как мой бывший парень бросил меня за неделю до Нового года. А после я устроилась на работу в страховую компанию. На самую низкую должность, на которой неизменно трудилась уже третий год. В графике два через два.
– Дело в том, что я себя ненавижу. Я разочарована в себе. Я работаю третий год. Я перевыполняю нормативы. Беру дополнительную работу. Всегда готова помочь другим. Начальство меня иногда хвалит. Говорит, что я умница. Но мне совсем не нравится то, какой я стала на этой работе за все это время. Мне кажется, что я деградирую. Я становлюсь хуже, чем была раньше. И чем дальше, тем быстрее это происходит.
– Маш, а в чем это выражается? – спросила психолог. – Почему хуже?
– Я не развиваюсь. Мне кажется, я разучилась общаться с людьми. Круг общения сузился до моей семьи и одной подруги. Остальные как-то незаметно перестали общаться. С коллегами не складывается. У нас нет конфликтов. Я вспоминаю, какой я была во время учебы и в школе, и не узнаю себя. Я не хочу быть такой, но ничего не могу с собой поделать. Еще у меня больше двух лет не было парня. Никто не смотрит на меня. Точнее, нет. Не совсем так. Меня никто не видит. Я стала невидимкой. Как будто надела шапку и теперь не могу ее снять. Я наблюдаю за всеми со стороны, но не принимаю участия. Я даже на корпоративы не хожу. Не потому, что я не люблю веселиться или не люблю людей. Наоборот. Просто меня там никто не ждет. Мне даже не с кем поболтать на работе. Вначале я дружила с двумя девчонками, но они давно уволились, а больше мне ни с кем не удалось подружиться. Я всех обучила, как могла. Даже свою новую начальницу. Мне казалось, что я делаю более чем достаточно, чтобы мне хотя бы «спасибо» сказали или уважительно относились. А мне кажется, что я всем мешаю, я чувствую себя лишней. Иногда мне кажется, что меня просто нет. Чувствую себя какой-то одинокой и жалкой. На прошлой неделе даже плакала в туалете.
– Маша, а вам вообще нравилась ваша работа? Хотя бы вначале.
– Не нравилась, но она меня не раздражала, и за нее платили. Этого было достаточно. Спокойная, непыльная работа. С такой может справиться пятиклассник. Примитивная рутина. Но мне нравилось обучать новеньких. Помогать им. Писать инструкции, памятки. Составлять тесты. Моя подруга советует поговорить об этом с моей начальницей. У нас уже давно свободна должность руководителя группы, но на нее за два года так никого и не назначили.
– Машуль, а вы уверены, что хотите быть этим руководителем?
– Я думаю, что да.
– Запишите себе в тетрадь этот вопрос, – сказала Валерия. – Это будет часть вашего домашнего задания. Подумайте об этом до следующего вторника. Напишите все, что придет в голову. И еще, ответьте себе на вопрос: что будет, если вас не сделают руководителем?
– Хорошо, – кивнула я, записывая в тетрадь вопрос. – Но работа – это не самое главное сейчас. Меня пугает этот вакуум вокруг меня. Люди уходят из моей жизни. Исчезают. А новые не появляются. Я боюсь людей. Сейчас я стесняюсь еще больше, чем когда была подростком. Не понимаю, почему это со мной происходит. Мне почти двадцать шесть. Это уже совсем не смешно. А еще мне нравится… нет, я, наверное, влюблена в начальника нашего отдела, но он не обращает на меня внимания. Вообще меня не видит, будто я пустое место.
