- И привяжу, если нуна будет так скакать! – без тени сомнения обещает хубэ.
- Ючон, а твоя бабушка? Тебе же надо скорей ехать!
- Уже не надо… Не пугайся, нуна! Все с ней нормально.
- Но как же, директор ведь говорил…
- Там просто… - Ючон подыскивает формулировку. – Случилась большая путаница.
- О. Какое облегчение! – Я обвожу расплывающимся взглядом палату, куда меня перевели из травматологии – вернее, Ючон перевел. Это целая квартира с гостиной, здесь и диваны-кресла, и стол, прямо хоть банкет закатывай для выздоравливающих и посетителей! Сколько же все это стоит … Ладно, подумаю об этом завтра.
На меня вдруг обрушивается изнеможение от этого бесконечного вечера… уже ночи, и я беспомощно выдыхаю:
- Значит, всё… зря?
Имея в виду гонку сквозь ливень и ночь, столкновение на заброшенной улочке, разбитую новехонькую машину, и наши травмы, и больницу… Даже слезы внезапно подкатывают, истеричка я, да... Нет бы смеяться от облегчения! Но хубэ, кажется, понимает. Подавшись ко мне, берет мою здоровую руку в горячие ладони. Говорит негромко:
- Мне очень, очень, очень жаль, что Минхва-нуна пострадала. Но конечно, все не зря – один я точно бы погиб. И еще сегодня я кое-что понял… - он умолкает.
- Что понял? – спрашиваю я сонно.
- Кое-что важное. Очень важное. Расскажу потом. Нуна, как себя чувствуешь?
- Отвали уже, а?
Ким Ючон смеется, но как-то невесело:
- Ну куда я теперь от Минхва-нуны отвалю? Пусть даже не надеется!
***