Еще некоторое время удалось побегать по городу решая организационные вопросы. И вот наконец переговоры закончились, ну как закончились. Переговоры с треском провалились. Причем треск был такой что в войну затянуло все соседние страны, кроме традиционно нейтральной Швейцарии. Вот как так можно было? Договаривались о мире, а получили еще большую войну. Что мне их понять и простить? Дипломаты едрить их медь!
В итоге послезавтра когда перемирие закончится на стороне Антанты выступят Англия и Польша. А на стороне «Центра» выступит Италия, которой Австрия вернет часть национальных территорий. Не помню что про них говорил Каприви, но точно знаю, что они севернее Венеции. Тироль, если не ошибаюсь. Слишком я был ошарашен итогами переговоров и мне было не до названий регионов.
— Ну что «промышленник» понравились переговоры? — Спросил меня канцлер в поезде перед самым отправлением. Намекая на инцидент с зажигалками.
— Это неожиданно. Я ожидал мира, но никак не этого.
— Вот в «этому» все и шло. Чудо что удалось склонить на свою сторону Италию и убедить Австрийцев решить вопрос с Тиролем мирно. Да и твоя заслуга в этом есть.
— Какая? — Удивился я.
— Очень их твои боевые машины впечатлили. Они даже просили предоставить им лицензию.
— Это же отлично. У нас будет преимущество, Австрия же тоже начала выпуск танков.
— Начала, то начала. Но пока они на приемлемый уровень выйдут. Там и испанцы подтянутся, и Англия возобновит производство. — А они оказывается производство танков останавливали. Не знал. — Теперь еще думать что с тобой делать.
— А что со мной делать? — Не понял я.
— Слишком ты неординарен для обычных заданий.
— Тоже самое мне сказали перед тем как я извиняюсь отправить с голой задницей в тыл к французам.
— То что ты справился только подчеркивает твою неординарность. И пусть на фронте ты показал себя неплохо, и твои задумки приносят плоды. Но в диверсионной работе ты гораздо полезнее.
— Только не опять! — Я схватился за голову вспомня свои приключения во Франции.
— Не волнуйся. — Усмехнулся канцлер и похлопал меня по плечу. — В этот раз у тебя будут помощники.
Ну спасибо тебе благотель, чтоб тебе одной писаниной только заниматься! Почему свой фактически юбилей, ведь я ровно год назад как оказался в этом мире, должен проводить под сербскими пулями?
Началось все с возвращения в Германию после Провальных мирных переговоров. Которые только ужесточили войну и втянули в нее новых участников. К как будто этого мало, через день после возвращения в войну вступает Греция. И конечно на стороне Антанты. И того мы получаем Антанту в лице Англии, Франции, Испании, Польши и Греции, с одной стороны. И Центральные державы в лице Германии, Австрии и Италии с другой.
Посмотрев на такой расклад Канцлер отправил нас в помощь дражайшим союзникам, которые никак не могли дожать Австрию. Теперь собственно о нас, точнее об особом диверсионном отряде.
Самый старший из нас и разменявший четвертый десяток Рольф. Просто Рольф, именно так он значился по документам. Так и просил к себе обращаться. Решил не обращать на это внимания, все мы имеем право на маленькие странности. Тем более командование уже утвердило состав. Рольф был гренадером в одной из рот брошенных на перехват французским частям в самом начале войны. В той бойне уцелел только один человек, этот облысевший, со шрамом на пол лица солдат.
Зачислил в отряд и переводчика Рико Деанделло. Молодой студент из Флоренции пошёл добровольцем в армию как только началась заваруха в европе. После печально известной Бернской мирной конференции его каким-то чудом вытянул к нам наш почти всемогущий канцлер. Именно такое впечатление у меня сказывается.
Третьим был полевой врач Генрих Миллер. Про него сказать особо нечего. Разве что этот сошедший с плаката «ариец» божественно управлялся с ножом.
Ну и последний, не считая меня, австриец Рендал Марлей. Сомневаюсь я что он австриец, но ведь и я не Геббельс чтобы к фамилии докапываться. Немного полноватый Рендал был отличным стрелком, а его маленький рост позволял отлично прятаться среди куцых горных кустарников.
— Рико, что они нам кричат? — Спрашиваю у сидящего за соседним валуном итальянца.
— Предлагают нам сдаться господин капитан. Ничего нового.
И правда что еще они могут кричать. Десяток сербов в пятидесяти метров от нас, серьезная угроза в этой горной местности. Особенно если нас двое. Рольф и Генрих сейчас обходили противника, а Рендал их прикрывал.
— Не жалеешь что попал в эту заварушку? — Обращаюсь к Рико.
— Нет господин капитан. — Он стреляет в противника и прячется обратно за валун. — Север Италии изобилует горами. Мне довелось там проходить тренировку. Поэтому ничего страшного.
— А как же сербы? — На мгновенье высовываюсь из укрытия и делаю выстрел. Смотреть попал или нет некогда. Приходится тут же прятаться обратно, иначе свинцовый сувенир в теле гарантирован.
— Что сербы? Такие же люди, как и Французы и Испанцы, да и вообще как все люди. А значит и убиваются так же.
