Дежурный офицер намочил тряпочку, протёр доску и, прикрыв ею «шедевр» Русакова, удалился.
Степанов, конечно, «шпору» подобрал и «дело в шляпе»! Осталось «шедевр» прочитать, уяснить, сделать записи и пометки на доске, одним словом, подготовиться к ответу.
Преподаватели знали, что слушатели иногда «шпорят». Однако, особого рвения в препятствии этого явления не проявляли. Зачем? Кому нужен скандал в благородном семействе….
Когда у Степанова были светлые мозги — ещё в училище произведения вождя пролетариата он изучил хорошо. А так как пролетариату терять нечего, кроме собственных цепей — учил его Ленин, то он почти открыто развернул шпаргалку и, не мудрствуя лукаво, начал её «перефотографировать» на доску — точно всё, как там было написано. Представляете, какую недюжинную сноровку и фундаментальные навыки закладывают военно-морские училища, обучая будущих офицеров? Это же надо: без сучка и задоринки на доску перенести текст, написанный не только «вверх ногами» в зеркальном отображении, но и задом наперёд! Преодолевать трудности Степанову было не впервой!
— Перепишу, а после спокойно разберусь, что к чему, — думал, если в этот момент он думал вообще.
— Пишет и пусть себе пишет, — сначала и внимания на него никто не обращал.
Первым что-то неладное заметил дежурный офицер Коблов.
— Очнись, зачарованный умник! Что ты рисуешь? Твоих иероглифов никто не понимает, — прошептал он, проходя мимо него.
— Не мешай, разберёмся! — последовал ответ, целиком с ушами ушедшего в фотографирование непонятных значков, Степанова.
К его писанине начали проявлять внимание. Преподаватели под разным ракурсом, наклонив головы, с интересом пытались разгадать какую «дулю» им рисует слушатель.
Сотоварищами к ответу был привлечён Русаков. Он внёс ясность и рассеял тайну происходящего.
— Дуб, так это же вверх ногами! — пытался урезонить и остановить творческий порыв Степанова дежурный офицер.
Но не тут-то было! Тайна тайнописи окончательно развеялась, когда пошёл нормально написанный текст шпаргалки…. Все со смеху покатывались. Вытирая слёзы, преподаватели позвали на экскурсию своих корешей. Те — свеженькие, ржали ещё пуще!
— Да, могуч наш флот, коль может хранить в себе и выдавать такие «перлы»!
Вдоволь потешившись и насмеявшись, многоопытный начальник кафедры подошёл к Степанову и приказал:
— А теперь всё сотрите. Пошутили и хватит. Я задаю вам один вопрос. Ответите — три балла и свободны!
Кое-как с помощью того же преподавателя, мобилизовав все свои курсантские знания, Степанов ответил, получил три балла и был отпущен «на волю».
— Ну и дубина ты, лох дремучий! Что же ты, не смог сообразить, как писалась «шпора»?! — спрашивали его одноклассники.
— А чего я должен соображать? Пусть соображает лошадь — у неё вон какая башка большая. Раз «шпора»: значит всё, что написано — написано правильно и баста! Кстати, гоните по рубчику. В Разлив! А ты, гад Русаков, гони трояк за муки и страдания, свалившихся на мою бедную лысую голову, — окрысившись, выдал Степанов и протянул фуражку.
Малого Владимира, окончившего первый школьный класс на семейном совете Липовецких было решено на лето отвести на Украину к бабушке.
— Папа, ты не волнуйся, мы к тебе скоро вернёмся, — пытался развеселить сын обеспокоенного отца.
— Я знаю, что вы у меня самые лучшие. Только тебе сюда в город Ленинград возвращаться уже не придётся. Твой папа кончает учёбу и после отпуска мы все вместе поедем к новому месту службы. Хотя, я думаю опять вернёмся в наше знакомое северное Гаджиево. Мама тебя к бабушке отвезёт и вернётся. Получив отпуск, мы вместе приедем к тебе на Украину и целый месяц будем жить у бабушки. Сейчас же нам нужно решить две проблемы.
— Отстоять в очереди и купить вам билеты на одесский или кишинёвский поезд — это задача № 1. Проблема или задача № 2 полегче — забрать в школе твои документы и сказать ещё раз спасибо твоей любимой Наталье Осиповне. Тебе же вручить букет цветов, попрощаться с ней и со своими друзьями. Уразумел?
На Витебском вокзале народу было уйма — началась пора летних отпусков. К железнодорожным кассам — не протолкнуться. Да и билетов на ближайшие дни не было. Что делать? — извечный вопрос побуждал к действию. Вот только в каком направлении….
— Чего вы тут толкаетесь? — пришёл на выручку Антону, проходящий мимо, военно-морской офицер. — Внизу в полуподвальном помещении вокзала недавно открыты воинские кассы предварительной продажи билетов за 10 суток до отхода поезда.
Антон поблагодарил военмора и буквально через час стал обладателем двух купейных билетов на скорый поезд Ленинград-Одесса. Довольный он шагал по улице Балтийская, которая содрогалась от грохота падающих стен разрушаемых домов под ударами увесистой «балды». Здоровенная колотушка на цепи со всего размаха стрелы подъёмного крана лупила по старым строениям. Освобождалось место для строительства новых домов.
— Наши хозяева ждут не дождутся, когда их будут переселять в новые дома, — подумал Антон.