Антон ещё наблюдал, как все участники события фотографировались. Он спустился вниз в подводную лодку и уже не мог видеть, как Н.С. Хрущёв убыл из базы.
Есть такое выражение «слухами земля полнится». В сверхсекретной базе атомных подводных лодок в губе Западная Лица секретность, без всякой меры, была во всём. И не просто секретно, а «совершенно секретно» большими буквами было прописано на лицах подводников, кораблях и даже нужники, поскрипывая ржавыми петлями дверей, шептали: «сделал своё дело втихую — ещё тише уходи».
Лучше «перебдеть», чем «недобдеть» — стало основным лозунгом и руководством к действию особых отделов КГБ. По сути дела им было совершенно наплевать, что со стороны берега любой диверсант мог беспрепятственно разведать и сфотографировать всё, что угодно, вплоть до того, какую кашу на обед откушал командир соединения.
Отловить вражеского диверсанта или шпиона трудно — тут нужно уменье. А вот своего растяпу подводника на чём-нибудь подловить запросто — было бы хотенье. Так что всю эту «братию» расплодившихся дармоедов натаскивали в основном на них и ради корпоративного блага частенько пускали подводникам кровь, чтобы жизнь им не казалась сплошным удовольствием. Нужно подчеркнуть, что со временем в будущем, в этом плане ничего не изменилось.
Для наглядности примера, те же особисты формировали группы уже своих «диверсантов». По заведомо липовым документам они проникали внутрь новейших атомоходов второго поколения, их условно минировали и спокойно уходили. Как заслугу свои «подвиги» они докладывали соответствующим начальникам. Те, развесив уши, их слушали. Разогнать такую контрразведку они не смели. Ведь на каждого из них в сейфах КГБ было составлено досье с момента начала военной карьеры. Покопавшись в этом досье, помоев компромата можно было без труда подыскать сколько угодно.
Частенько многоцелевые подводные лодки США безнаказанно вели разведку в наших территориальных водах. Одиночные случаи их обнаружения выдавались за исключительную бдительность всевидящего флотского ока.
У Антона ещё не стёрся из памяти подобный случай обнаружения иностранной подводной лодки визуально.
В надводном положении подводный крейсер «К-55» самым малым ходом курсировал вдоль Шараповской мерной линии в ожидании квитанции на переданное радио по плану боевой подготовки.
— Смотри Николай, перископ! — с удивлением сказал вахтенный офицер Липовецкий, указывая рукой штурманёнку Веселову на, вынырнувшую в двух кабельтовых по траверзу правого борта, головку перископа.
— Действительно перископ…, - подтвердил Веселов.
— Помигай ему прожектором! Может это наш брат подводник заблудился, — приказал Антон вахтенному сигнальщику.
— Обе турбины средний вперёд! Доложить командиру: справа по траверзу в дистанции двух кабельтовых обнаружен перископ подводной лодки, — передал Антон в центральный пост.
— Пеленг на перископ 110 градусов изменяется на корму, — доложил Веселов.
— Акустики, внимательно прослушать горизонт по пеленгу 110–115 градусов, — приказал Липовецкий. На мостик прибыл командир.
— По пеленгу 112 градусов перископ ушёл под воду, — уже командиру доложил Веселов.
Вокруг всё было чисто. Акустики ничего не слышали.
С приходом в базу, Липовецкий, Веселов и вахтенный сигнальщик по случаю обнаружения перископа к выпискам из вахтенного журнала написали пояснительные записки и представили их в штаб соединения. Для них всё дело на этом закончилось.
Со всей очевидностью было ясно, что гидроакустические станции на наших кораблях по эффективности уступают «вражеским». Кроме того, сами корабли гремели так, что из-за своей шумности не могли реализовать ту малость чувствительности и избирательности, которой обладали их шумопеленгаторы.
Стационарных средств обнаружения на подходах к флотским базам вообще не существовало. При такой ситуации, только энтузиазм и упорство плавсостава кораблей давали хоть какую-то возможность обнаружить и преследовать подводных нарушителей наших морских границ.
Всеобщая мания секретности в закрытых гарнизонах базирования подводных лодок без разбора во всём, давала результат обратного отрицательного действия. Ползли «слухи», искажающие действительность, дезориентирующие исполнителей полуправдой, которую официально они узнавали в последнюю очередь.
По «слухам» моряки узнавали все сверхсекретные новости, вплоть до дат и времени выходов подводных крейсеров на боевую службу у своих жён. Стыдно было смотреть им в глаза, когда со всех возвышенностей и сопок, открывающим обзор на выход и приход подводных лодок с моря, жён и детей безжалостно гоняли патрули.