Сердце ухнуло вниз, и открывать коробку стало страшно. Пока я разрывала бумагу, кожу на подушечках пальцев покалывало от напряжения и плохого предчувствия.
– О господи, – дрожащими руками вытащила из коробки единственное, что там лежало – журнал. Большая фотография на обложке и хлесткая надпись «Любовь втроем – современный взгляд на семью или распущенность?»
На фотографии мы в «RoXi», сидим у барной стойки. Яр целует меня в губы, а Илья обнимает со спины и целует в плечо. Это было еще в самом начале, когда мы пришли.
Пролистываю журнал до статьи, глянцевые страницы разъезжаются и скользят в повлажневших ладонях. Еще пара фото из клуба. Одно с танцпола, одно уже на выходе, где мы держимся за руки.
Выделенные жирным подзаголовки вызывают приступ тошноты: "Полиамория – новый формат любви", "Каминг – аут известных Питерских бизнесменов и их женщины".
Оседаю на пол и инстинктивно кладу на еще плоский живот руку, как такое могло случиться?
Все фото профессиональные, похоже, Марина все поняла ещё тогда. Но откуда фото? Клубный фотограф или она была там по работе и наснимала? Как же так?
Мы совсем не были осторожны и не смотрели по сторонам, а надо было. Теперь все узнают.
На столе вибрирует телефон и высвечивается мамин номер.
– Виола, это что такое? Ты совсем с ума сошла, дочь, – ее голос звенит от ужаса.
– Мам, я сейчас приеду, и мы поговорим, пожалуйста, успокойся, – я стараюсь говорить ровным голосом, но волнение все равно прорывается.
Мама бросает трубку, и я быстро накидываю на себя плащ. Мне нужно срочно с ней поговорить, объяснить все. Она должна меня понять, она же моя мама. Мы любим друг друга, и у нас будет ребёнок, их внук. Моей семье придётся принять мой выбор, другого варианта нет.
Я очень сильно нервничаю, поэтому с особой тщательностью слежу за дорогой. Не хватало только попасть в аварию. Наверное, это ещё и беременность на меня влияет, я стала очень осторожной и мнительной. Проверяю все упаковки на продуктах и смотрю срок годности, пью только очищенную воду из домашнего фильтра, езжу аккуратно, стараюсь не нервничать.
Черт.
Да как же такое могло случиться? Почему сейчас? Я только недавно, с таким трудом, наладила общение с родителями и теперь это.
Выбираюсь из салона автомобиля рядом с домом и нерешительно звоню в дверь, которая после короткого ожидания открывается.
– Роман?
Вот его я меньше всего ожидала сейчас увидеть.
– Проходи, – он смотрит на меня внимательно и отступает на шаг в сторону.
– Где мама и отец? – задаю резонный вопрос.
– Они не готовы с тобой разговаривать, – его слова меня раздавливают и размазывают. Они не готовы даже просто поговорить, выслушать, увидеть меня.
– А ты, значит, готов? С чего вдруг? Ты не часть моей семьи, – говорю жёстко. Мне уже до чёртиков надоело вечное присутствие Романа где-то рядом со мной. Сколько можно?
– Скоро я стану ее частью.
– Это как?
– Мы с Риммой женимся, – Роман проходит в гостиную и присаживается в кресло.
– Женитесь? Она же совсем девчонка, Роман. Ты ей жизнь сломаешь, – иду следом за ним и в бешенстве хожу по гостиной.
– Сломаю? У Риммы будет идеальная жизнь.
– В отличие от моей, – заканчиваю я.
– Так и есть, посмотри, что с тобой стало. Ты выглядишь и ведёшь себя как последняя шлюха, – Роман кивает на журнал, который лежит на кофейном столике.
– Тебя это не касается, – я отбрасываю проклятую писанину Марины с глаз долой.
– Теперь касается, – Роман спокойно складывает руки на груди, – Виола, это же все Яр? Он всегда был таким, с изъяном. Он тебя втянул во все это дерьмо? Неужели ты думаешь, что ваши отношения навсегда? Они поиграются с тобой и выбросят. Найдут себе нормальных, а ты что делать будешь?
– Заткнись, Роман, ты просто не понимаешь, о чем говоришь.
– Виола, ты как была глупой дурочкой, так и осталась. На что ты купилась тогда? На романтику и его большой член? Что в нем было, Ви? А сейчас, он же развратил тебя, сделал посмешищем. И бросит в итоге.
– Это ты от обиды, Ром? Столько лет прошло, а тебя до сих пор цепляет, что я выбрала Яра?
– Да ты слепая и полная дура. Ты выбрала? Яр обвел тебя вокруг пальца. Хотел на деньгах жениться, но не вышло.
– Вот что ты, значит, думаешь, – мне реально стало обидно за Яра. Он столько всего сделал для меня, когда семья отвернулась. И продолжает делать. А для них и Романа он так и остался неудачливым охотником за моим приданым.
– Я знаю. И сейчас тебе нужно решить, Виола, как ты дальше жить будешь. Потому что вот эту грязь никто не примет.
– Ммм, и что ты предлагаешь? Не зря же здесь распинаешься, – присаживаюсь в кресло напротив него и жду очередной план, который он с моей семьёй придумал.
– Ты разведешься и вернёшься домой, с тобой поработает хороший психолог. И, возможно, позже ты встретишь кого-то нормального, кто сможет принять тебя и твоё прошлое, – от его слов мороз пробежал по коже, – только на этих условиях с тобой кто-то будет разговаривать. И учти, ты вычеркнута из завещания сейчас.
– Мило.
Неужели страх остаться без наследства должен вернуть меня в семью?
Развод.
Психолог.
