Все исчезало. Все появлялось.
«Все» сжалось до собственного сознания, скованного ужасом, и присутствия гильдмейстеров рядом.
«Все» в очередной раз исчезло, и Эвелина провалилась в яму, полную имен и клочьев тумана.
Имена разбудили ее.
Кто-то методично без выражения называл их, делая паузу после каждого. Она потрясла головой, невольно вслушиваясь в монотонный, но приятный мужской голос прежде, чем открыла глаза и попыталась осмотреться. Неизвестный перечислял гильдмейстеров.
— …Эйрон Дормитт. Серджен Дальтер. Илмер Ксарьен. Персивалл Ферелейн. Адамар Васселен…
Эвелина поспешно распахнула глаза.
Она сидела на полу у стены. Справа — отец, слева — Постейт. Остальные рядом бессильно привалились к старинным деревянным панелям с серебряной инкрустацией и едва начинали приходить в себя. Что это за место?
Она успела рассмотреть только роскошь и приглушенный блеск, темную обивку и вычурные спинки антикварной мебели, ее прихотливо выгнутые ножки, тонущие в белоснежном пушистом ковре.
Мужчина закончил перечислять. Мгновение спустя она увидела и его — незаметная, но зловещая фигура в углу.
Взгляд скользнул от угла дальше, и Эвелина не сдержала вскрик.
Там, у противоположной стены, точно так опираясь о деревянную отделку, сидели копии их всех.
Тяжело дышащий толстяк Ферелейн. Аджарн, свесивший голову на грудь так, что волосы закрывали пол-лица. Поскуливающий от страха Логгет. Барнинг, чьи руки не просто тряслись, а прямо-таки ходили ходуном. Дормитт, дергающийся и безмолвно раскрывающий рот, будто его лишили голоса. Злобно глядящий куда-то в сторону отец…
Настоящий отец обхватил ее за плечи и прижал к себе. Эвелина поняла, кого недоставало у противоположной стены.
Ее собственной копии!
— Проклятие! Откуда это?! — воскликнул Дальтер-двойник и отчаянно выругался. Ему вторил настоящий. Правда, еле слышно, точно у главы совета не было сил даже говорить.
— Эвелина Лейдер. Она лишняя, — произнес мужчина, выходя в круг света от маленького бра. Эвелина снова ахнула. Его точеное и когда-то явно очень красивое лицо уродовали алые пятна открытых ран.
Что-то шевельнулось — как раз там, куда смотрел отец-копия.
В кресле, погрузив босые ноги в ворс ковра, неподвижно сидела женщина. Лицо тонуло в густой тени. Вместе с креслом она напоминала эйладскую статуэтку. Но вот она повернула голову, посмотрела на мужчину, блеснули в свете бра льняные волосы…
— Тогда делай с ней что хочешь, — прозвучало томное и равнодушное. — А копий — можешь убить. Ты ведь так рвался…
Хлестнул ослепительный луч белого света. Эвелина замерла с широко раскрытыми глазами. Логгет-копия медленно сполз по стене набок и мешком завалился на пол.
Настоящий Логгет тихо всхлипнул где-то в стороне.
Что здесь происходит? Откуда эти двойники, что они такое, кто этот мужчина с ранами и эта блондинка в кресле? Эвелина хотела вскочить и попытаться что-то сделать, но страх парализовал не хуже чар. Нет, нельзя. Остальные гильдмейстеры могут. Их больше… правда, они обессилены…
А те, у стены? Они что, не в состоянии защитить себя?
— Слишком много пыли. Скучно, — произнес мужчина. И принялся хлестать белыми лучами уже без передышек, механически, так же равнодушно, как перечислял имена. Словно выполнял нудную работу, без которой не мог перейти к чему-то более важному и интересному.
Двойники лишь слабо дергались, пытаясь увернуться.
Эвелина не знала, правильно ли поняла его слова о пыли, но ей почему-то показалось, что имеются в виду не сероватые частицы, покрывающие любую поверхность без должной уборки. «Пыль». Название. Он подразумевал нечто другое.
Женщина в кресле тихо и поощрительно рассмеялась.
— Рискуешь, родной. С этими тебе без пыли не справиться.
— Я буду не один. Остальные наверняка захотят поучаствовать.
Мужчина оглянулся на нее. Его четкий профиль ненадолго проступил на фоне угасающего белого луча.
Отец пошевелился, и Эвелина поняла, что его слабость миновала. Чем бы эта слабость ни была вызвана.
Если другие тоже восстановились… Если напасть сейчас…
— Кто вы? — вдруг мягко и вкрадчиво спросил Васселен. — Неужели наши таинственные пришлые решились раскрыть свое инкогнито?
— Пришлые? Верно… в каком-то смысле, — насмешливо ответил незнакомец. — Мы действительно пришли. Вернулись кое-откуда. Посмотрите на меня. Вы должны знать, с кем имеете дело. Иначе будет еще скучнее.
Он присел перед Васселеном на корточки. На покрытом ранами лице играла тонкая улыбка ценителя изысканных удовольствий и извращенного риска.
— Сколько поколений у вас сменилось? — продолжал он. — Сохранились какие-нибудь мои портреты? Смотрю, у вас почти все по-прежнему. Оно того стоило, а?
Эвелина понятия не имела, о чем он. Но вопрос о поколениях…
Откуда, будь он проклят, явился этот человек?
Гильдмейстеры зашевелились. Взгляды устремились на незнакомца. Изучение переходило в расчет, и Эвелина с замиранием сердца подумала: сейчас. Они уже могут напасть.
Но невольно всмотрелась в противника вместе со всеми.
