Ферелейна все не было. Агнесса нервно ходила туда-сюда, уже не обращая внимания на запах. Она почти наяву видела, как утекают шансы найти пришлых и застать реальный мир таким, каким она его запомнила. Казалось, остальные не замечают или не хотят замечать, как это серьезно. Если бы погиб хоть один из гильдмейстеров, весь план полетел бы в Бездну. И так вместо Логгета в псевдореальность отправился спешно назначенный исполняющий обязанности. При том, что совет был на пике силы только тогда, когда в него входили полноправные гильдмейстеры…
Желтоватый свет ламп взрезала короткая вспышка. Аджарн, не выдержав, заново наложил на Ларадера стазис.
— Может, это и временное ухудшение, но, по-моему, он умирает, — прокомментировал он.
— Если у Ферелейна ничего не получилось, это конец, — пробормотала Агнесса. — Нет, можно еще найти Васселена. Они наследники гильдии снов, у них могут быть рецепты. Или сразу возвращаться в наш мир, лечить Ларадера и начинать сначала.
— Точно, Васселен! Ну-ка…
Хлопнула дверь. Гулкий голос Ферелейна заглушил негромкие слова Аджарна.
— Эпидемия прекратилась. Меня это настораживает. Вы говорили, что-то может попасть отсюда в реальный мир?
— Что?
Агнесса зажмурилась. В реальном мире не хватало только эпидемии! Ей все больше хотелось наплевать на пришлых и мчаться домой — спасать детей.
— Псевдореальности встретились — и из вашей исчезло еще одно явление… Почему ничего не исчезает из нашей? — пробормотала она. — Нужно заканчивать с этим скорее, но как, Бездна, если мы увязли по горло…
— Эпидемия, — напомнил Ферелейн. — Моя псевдореальность расползается. Я понимаю, о чем говорил Лейдер. Можете сами посмотреть, мадам Инайт.
— Нет времени. Ларадер умирает. Ваше противоядие не подействовало.
Вздрогнув, Ферелейн метнулся к Ларадеру. Сверкнул глазами, но в последний момент передумал снимать стазис.
— Проклятие!
— Я вернусь в нашу псевдореальность и буду искать Васселена, — сказал Аджарн. — Он должен знать хоть что-нибудь. Агнесса… тебе виднее.
— Ищи. Я постараюсь скоро вернуться. Сначала посмотрю, что значит «псевдореальность расползается».
Аджарн кивнул и молча телепортировался.
— Когда вы советовали мне почитать о повелителях снов, — выдохнула Агнесса, — вы забыли, что ни в одной из псевдореальностей их нет и никогда не было. Забавное совпадение, правда?
***
Расползалась. Нельзя было подобрать слова точнее. Псевдореальность расползалась, как мокрая газета. И замечалось это не зрением. На первый взгляд мир не изменился вовсе. Так же белели аккуратные дома, ярко сияли фонари, по дороге неслись машины, а люди высыпали на улицу, громко обсуждая исчезновение эпидемии. «Он как раз принял лекарство! — донеслось до Агнессы. — Господин Ферелейн не зря столько трудился!»
…Ферелейн горько усмехнулся и поплотнее натянул нелепый картуз.
Но было и кое-что еще.
Исчез ветер. Не утих — исчез: ни дуновения, ни шевеления, ни даже морозной ночной свежести. Мертвая затхлость, будто в давно не проветриваемом подвале. Внизу расстилался город, видный с холма как на ладони: синеватая мгла и огоньки светящихся окон. Огоньки напоминали белые точки, грубо наляпанные краской на темный картон. Не верилось, что там высятся объемные каменные здания и обитают живые люди. Декорация выполняла свою роль — изображала задний план.
— Не понимаю, — пробормотала Агнесса. — Так не должно быть. Так не может быть!
— Я боюсь, что завтра приду на работу и увижу вместо лаборатории разрисованный булыжник. Такую известковую каменюку с намалеванными окнами и дверьми, — буркнул Ферелейн. — Здесь река неподалеку. Вы слышите реку?
Агнесса не слышала реки. Лишенная зрителя, декорация не давала себе труда жить самостоятельно.
— Совсем рядом, через переулок набережная.
Ферелейн кивнул вправо, и Агнесса последовала за ним. Переулок оказался небольшим, узеньким и уютным, в ярких зимних лентах и светящихся узорных фонариках. В витрине галантерейного магазина виднелась огромная охапка еловых ветвей, установленная на подставку и перевязанная все теми же зимними лентами. Здесь, наверное, главный зимний праздник отличался от айламадского Тепловорота. Тепловорот знаменовал конец зимы, когда уже начинало теплеть. В других странах, там, где всходило солнце, отмечали разные его циклы: Солнцевороты, кажется. Такие чуждые коренному айламадцу…
На миг Агнесса усомнилась в своих подозрениях. Все снова казалось настоящим. Может, Ферелейну померещилось? Наслушался рассказов Лейдера…
Да. Лейдер. Ему тоже померещилось?
Агнесса знала бывшего мужа достаточно, чтобы сказать с уверенностью: ему не привидится то, чего нет, и он не станет просто так бросаться паническими заявлениями.
Ферелейн свернул к подъему на мост — здесь начинались перила. Агнесса взялась за краешек, оглянулась…
Боковое зрение уловило какую-то странность, и Агнесса обернулась уже всем телом.
По переулку сновали люди. Она видела их, идя рядом с Ферелейном.
Они сновали там и сейчас.
Но Агнессу не оставляло впечатление, что прохожие начали двигаться лишь через секунду после того, как на них упал ее взгляд. До того…
